Козырной туз

– Так вы все-таки переедете? Несмотря на то что благополучно спаслись от леди Люсинды?

Он взял Нелл за подбородок и поднял ее лицо, чтобы заглянуть ей в глаза.

– Да пропади пропадом эта проклятая леди Люсинда! Пусть едет хоть в Лондон, хоть летит в тартарары. Вы самая красивая девушка на свете, Нелл.

Он кивнул и нежно прикоснулся к ее щеке.

Но к несчастью, самой красивой Нелл казалась не только Алексу, но и гусю.

Преданный домашний питомец Нелл был доволен жизнью. Он важно расхаживал по загону, специально сделанному для него на заднем дворе, в садике, в который выходила кухня.

У него были кормушка, корыто с водой и подружка-гусыня, которую специально для него приобрели у миссис Познер. Он чистил перышки клювом, прихорашиваясь, ожидая, когда придет его любимая хозяйка и принесет ему крошки, оставшиеся после завтрака, вкусные кусочки после обеда и печенье, которое подавали к чаю. Однако Нелл не появлялась весь день. И Уэллсли обиделся.

Нелл, ошеломленная и смущенная словами Алекса, не видела, как гусь обошел вокруг дома.

Она видела только лучистые глаза Алекса и его улыбку.

Он считает ее красивой. Он считает ее леди. Он относится к ней с уважением. Если даже одно из перечисленных выше утверждений – правда, это уже радость. Если два – подлинное сокровище. Если все три – настоящий клад, который, спрятав ото всех, нужно беречь как зеницу ока и любоваться им, вынимая из тайника в тяжелые, мрачные дни, чтобы рассеять уныние. И после этого бережно хранить в своем сердце всю жизнь.

Что бы ни случилось – а что будет после этого момента, ей не хочется думать, – в ее жизни был этот изысканный джентльмен, который восхищался ею. Разумеется, он сводит ее с ума, заставляя в течение одного часа переживать весь спектр эмоций – от агонии и гнева до экстаза и эйфории. В эту смесь переживаний добавляются нерешительность, отчаяние и непреодолимое желание. Но главное – Алекс считает ее красивой. Ей хотелось услышать это снова.

Но вместо этого он сказал:

Переваливаясь с боку на бок, к ним приближался Уэллсли.

– О Боже, а у меня нет для него с собой никакой еды! Но большому гусаку нужна была не еда. Ему нужно было спасти Нелл от незнакомцев, лошадей и… лающего пса.

Расправив крылья и вытянув шею, Уэллсли шипел, широко разинув клюв.

Леди Люсинда взвизгнула и бросилась в объятия Пибоди. Тетя Хейзел залезла в экипаж герцога, втащила его за собой и захлопнула дверцу, едва не прищемив его светлости распухшую ногу.