Край Галактики. Трущобная Крыса (СИ)

Её бездонные чёрные глаза смотрели не на лицо Мэда, а словно бы за него, куда-то внутрь! От осознания этого факта внутри всё перевернулось, по спине пробежалась толпа мурашек. Понимая, что ему требуется хоть что-то ответить сумасшедшей, он выдавил:

— Меня зовут Мэд. Вы меня путаете с кем-то…

Назвавшаяся Ксоко нахмурилась, словно произнесённые гопом слова были им непонятны. Хотя у Макса снова появилось ощущение, что она вообще не слышала слов, а воспринимала ответ другим, непонятным ему посторонним способом.

И этот самый ответ её явно не порадовал. На разукрашенном лице отразилось разочарование.

— Не готов. Спит. Как жаль, как же жаль…

Рассвирепевший от того, что его самым наглым образом игнорируют, Цертер одним прыжком оказался рядом с бормочущей девушкой. Он схватил её за шкирку, поднял в воздух и тряся, словно тряпичную куклу, проревел, брызжа слюной во все стороны:

— Я здесь главный! Меня слушай!

Голова Ксоко болталась так сильно, и Мэду показалось, что она отвалится через пару секунд.

Однако, пустой взгляд девушки всё равно не прояснился. Цертер скривился, готовый просто разорвать наглую девицу на кусочки, но титаническими усилиями сдержался. Глядя на неприсущую громиле сдержанность, Мэд утвердился в своей догадке о том, что девчонка является очень ценной. Пока, правда, не было понятно, почему. Нет, её скорость движений впечатляла, но вот состояние рассудка… Нет, бойца хорошего из неё точно не получится. Что же в ней такого?

Между тем Цертер нахмурился, явно копаясь в собственной памяти, а затем выдал:

Непонятное слово вызвало неожиданно мощный эффект.

Находящаяся на «своей волне» Ксото дёрнулась, а затем сразу обмякла, словно бы в обмороке. Продолжалось такое бессознательное состояние пару мгновений, после чего девушка пришла в себя и открыла глаза. Обнаружив прямо перед собой злобную морду Цертера, она испуганно ойкнула и попыталась вырваться из его цепкой хватки. Тот, конечно, не выпустил, прорычав прямо в лицо несчастной:

— Меня зовут… Ксоко.

Да, Ксоко.

Голос незнакомки, как и её поведение, тоже изменился. Из него пропала та самая «шепчущая громкость». Ответ её прозвучал обычным, высоким, женским голосом, в котором не слышалось ничего необычного. Цертер хмыкнул и поставил девушку на землю. Та тут же отступила на шаг, настороженно оглядываясь по сторонам. Она походила на человека, которого неожиданно разбудили после крепкого сна и теперь не понимающего, где он находится и что вообще происходит.