Край вечных вулканов (СИ)

Как видео с хомяком, прыгнувшим на дисковую пилу. «Душеглот» вспорол яйцеклад, брюшную полость и почти отсек одну из ног паучихе. Та тяжело упала на одну сторону, а я извернулся, вскочил, проскользнув между сходящимися клешнями, и ударом наотмашь срубил карлице голову.

Не знаю, действительно ли прозвучал громовой раскат, или мне это послышалось, но вот почувствовал я себя так, будто прямо в меня ударила молния. Потоком высвободившегося из паучихи эфира меня приподняло над полом, волосы встали дыбом, будто наэлектризовавшись, а по всему телу вспихывали и гасли огни Святого Эльма.

Твою мать, да что происходит?

А перед глазами, тем временем, продолжали бежать строки.

Меня корежило и рвало на части, все мое несчастное тело разбирало на молекулы и собирало обратно, а гребаный телесуфлер все никак не успокаивался.

Зал тряхнуло. Кажется, даже Колыбель подпрыгнула. Если несколько минут назад мне показалось, что я угодил в грозовой фронт, то сейчас — будто оказался в эпицентре ядерного взрыва.

Меня перевернуло и подвесило в вертикальном положении, руки раскинулись, а во все стороны, как недавно огненные круги от паучихи, от меня рванулась сметающая все на своем пути волна.

Это было похоже на Большой Взрыв, как я его всегда себе представлял. Кажется, само пространство трещало по швам, порождая черные дыры, желтые карлики, звездные системы и целые галактики. Вокруг бушевал океан энергии, и мне казалось, что выжить в нем неспособно ничто, включая меня.

А потом вдруг все кончилось.

Лишившись невидимой поддержки, я рухнул вниз, прямо на изувеченный труп паучихи, застонав, скатился с него и замер на спине, безучастно глядя в сводчатый потолок.

Кажется, я был жив, и, даже, на удивление, цел.

В зале царила звенящая тишина. Не рычали гнильцы, не взрывались файерболы, не кричала Корал. Тихо, как в склепе. Черт. Что за хрень?

Выдавив из пересохшей глотки ругательство, я попытался встать, но потерпел неудачу.

Хрен с ними, с гнильцами, хрен с ним со всем. Если Корал погибла, промедление на это уже никак не повлияет. А если жива — она на меня за него не обидится. В конце концов, сегодня я заслужил немного отдыха.

— Дэймон… Дэймон! — послышался слабый девичий голос, и я вздохнул.