– Вы хоть понимаете, что могло бы достаться и вашему восточному побережью, в таком случае?
– Гигантский цунами накроет буржуазный Шанхай, в котором прозападных элементов больше, чем во всем вашем правительстве? Ну, будет вам, дорогой друг. Не велика потеря.
– А как на счет гражданских? Невинных жертв, которых будут миллионы? Я офицер, а не убийца.
– Военный человек подобное говорит в двух случаях. Чтоб оправдать все совершенные убийства, или когда готовится к поражению. Успокойтесь, мой друг. Все солдаты, офицеры, генералы и их верховные главнокомандующие – убийцы.
Действующие, либо потенциальные. Вы знаете, что в английском языке криминальное убийство и убийство на войне обозначаются разными словами? Им так легче. Потому они и убивают всюду при помощи своих солдат и офицеров. Ведь убийство на войне, вовсе не криминальное. И убитым гражданским, наверное, от этого намного легче, как и их родным. – Генерал вдруг расхохотался. – По отношению к вам они не будут столь сентиментальны. Уж поверьте.
К тому же, мы лишь фантазируем. Устройство, что сейчас мои ребята передают вашим, имеет мощность всего в двенадцать мегатонн, как и договаривались. Не пятьдесят. К тому же, скорее всего, это так и останется мерой предосторожности, никакой войны не будет, и мы мирно умрем в своих постелях дремучими стариками."
"Полковник угрюмо смотрел на то, как китайские офицеры выносят ящики с частями взрывного устройства, цепляют к лебедке и передают его подчиненным, стоящим на трапе. Те с величайшей осторожностью выгружали ящики в пустующий небольшой бассейн на корме яхты.
Сейчас погрузкой не были заняты только четыре человека с яхты. Он сам и три вооруженных спецназовца, находящиеся на верхней палубе его небольшого и быстроходного корабля.
– Когда все так тщательно и всерьез готовятся к возможной мировой войне, мне кажется, что она неизбежна, – вздохнул полковник.
– Отчего в вас вдруг проснулся такой пацифист, мой дорогой друг? Уж не от того ли, что на прошлой неделе у вас родилась внучка?
Полковник недобро взглянул на китайского генерала, но тот снова обезоруживающе улыбнулся:
– Ну, будет вам, друг мой.
Вы ведь тоже наводили справки обо мне. Знаете, что один мой дед был против Советов и сотрудничал с японцами в годы оккупации. А другой мой дед был резидентом большевистской разведки по линии Коминтерна, был разоблачен, арестован и сгинул в японской лаборатории отряда 731[32]. Кстати, тот дед, что работал на японцев, был убит американцами.
