– Это не вам решать, сэр! – резко ответила Оливия.
– Именно мне. Вольно или невольно американский гражданин может попасть в заложники к террористам – это не важно. Важно то, что моя обязанность предотвратить это. И если понадобится вас арестовать и запереть в подвале, я это сделаю, мэм.
– Вы не посмеете!
– Посмею. Я полицейский. И у нас чрезвычайная ситуация.
– Карл выслушай… – попытался вмешаться Михаил.
– Я вас уже выслушал, – отмахнулся шериф. – Рон, немедленно приставь к этой женщине охрану. Если русский и итальянец захотят покинуть нашу общину, не надо им мешать.
– Да, сэр, – кивнул Рон и шагнул к выходу, но Риггз тут же окликнул его.
– Стоп! Я ошибся. Вернее, чуть не ошибся. Русский и итальянец могут рассказать террористам, что они здесь видели, какова наша численность и куда сейчас уходят наши вооруженные группы. Взять под домашний арест всех троих."
"– Ах ты, сука! – закричал по-русски Крашенинников и ринулся на шерифа, но Джонсон молниеносно схватил его в блок и повалил на пол.
– Миша, прошу тебя, не надо все усложнять, – зашипел здоровяк.
– Не вынуждай меня применять силу. Мы оба об этом пожалеем. Я пожалею, потому что не хочу делать тебе больно. Ты пожалеешь, потому что тебе будет действительно больно. Очень больно.
* * *– Нет, мужики, вот эти гнутые пока в сторону отложим, – сказал Никита. – Сначала приготовим прямые балки и трубы.
К ним быстрым шагом подошел Захар.
– Ребята, там что-то странное.
– Где? – спросил Никита.
Захар протянул ему бинокль и указал рукой:
– Посмотри.
Видишь точку в небе? Над перешейком примерно. Я сначала подумал, что это птица. Но это ни хрена не птица.
Вишневский взглянул в бинокль. Потребовалось некоторое время, чтоб поймать в фокус эту птицу, или чем бы это ни было. Наведя, наконец, оптику на нужный объект, Никита раскрыл рот от изумления. Какое-то время он даже не мог поверить в то, что видит.
– Ну, чего там? – спросил в нетерпении Захар. – Это ведь не птица?
Никита продолжал рассматривать прямоугольный предмет черного цвета, размером примерно полтора на полтора метра.
Тот висел на месте, слегка покачиваясь…
* * *…первый день летних каникул был пасмурным. Но отец сказал, что это не помеха. Дождя нет. Ветра тоже. И ничто не помешает им проверить на деле подарок.
Отец сдержал свое слово и купил сыну, с отличием окончившему очередной учебный год, весьма дорогую игрушку. Двенадцатилетний Никита с восторгом смотрел на экран своего планшетного компьютера и видел на экране себя и стоящего рядом отца.
