– Да если бы медведица не потрепала эту тварь, я сомневаюсь, что у нас хватило бы патронов ее грохнуть!
– Может, попробуешь объяснить это медведице?
Тем временем медведица, похоже, убедилась, наконец, что ее враг мертв и больше не поднимется. Она отошла от мертвого тела и только теперь обратила внимание на людей. Сначала покосилась на Антонио, который был ближе всех. Затем на стрелков. И зарычала…
– Вот черт, – зароптали стрелки. – Стрелять, похоже, придется… А, Гора?
– Нет! – снова крикнула Оливия. – Вы же дорогу ему перекрыли! Расступитесь и дайте медведю выбор!
Все покосились на Горина, ожидая его решения.
Тот в свою очередь посмотрел на Жанну и Сапрыкина.
– Ты права, сестренка, – кивнула Жанна. – Только не ему, а ей. Это самка. И, похоже, все, что заботило ее, это возмездие за убитых медвежат. Расступитесь. Если она просто уйдет, то и стрелять незачем.
Вооруженные люди последовали ее совету и расступились, образовав широкий коридор, ведущий к сопке. Медведица не торопилась воспользоваться этим коридором, опасливо поглядывая на людей.
Это было странно. Только что она билась с настоящим исчадием ада. Огромным зубастым и когтистым монстром. Но теперь в нее вселяли неуверенность, а возможно, даже и страх крошечные для ее размеров люди.
Наконец, медведица все-таки побрела прочь, хрипло сопя и слегка прихрамывая.
– Так, Матвей, бери своих людей, и идите в поселок. Пусть сюда пять или шесть тягловых коней приведут. Надо эту тушу оттащить в Приморский. И повнимательней.
– Гора, на кой черт мы медведя отпустили, я не пойму?
– Не она была нашей проблемой.
Нападала эта тварюга, – Горин кивнул на тушу гигантской росомахи. – Медведица просто преследовала ее и тем самым затаптывала следы. Делай, что я говорю.
– Не надо коней, – вмешалась Жанна. – Лучше грузовик с лебедкой. Лошади от запаха хищного зверя и крови просто с ума сойдут и разбегутся по сопкам. Замучаемся потом ловить.
– Хорошо. Давайте машину.
– Понял…
– Погоди, Матвей. – Горин поднял руку, затем подошел к Крашенинникову.
– Миша, ты в порядке? Ты в крови весь.
– Да я через шиповник продирался, – отмахнулся Михаил, все еще приходящий в себя после случившегося.
– Уверен, что только это? О ржавые железки эти не царапался? Пусть твои друзья тебя осмотрят как следует. Матвей!
– Да!
– Скажи там нашим, пусть привезут ему бутылку самогона для обработки ран, настойку от столбняка и пенициллин."
"– Хорошо.
– Зачем вам эта тварь? – спросил подошедший Антонио.
