Гнули, забыв даже о Триединстве мира, поправ высший смысл многообразия Природы. Всякая революционная мысль непременно ведет к диктату, и потому над Россией всегда гремел грозный окрик: эй, кто там шагает не в ногу? Левой! Правой!
Кричали с двух сторон. С двух сторон же ходили войнами и крестовыми походами, а Россия, имеющая глубокие корни на Западе, всю свою историю кроной тянулась к Востоку. Первым европейцем в Индии оказался россиянин. Зачем он ходил туда, за три моря? Только ли по купеческим торговым делам? А может быть, хождением своим выверял Время и Путь России, как лоцман выверяет курс в узком проливе, ориентируясь по береговым огням?
И почему таинственный и мудрый Восток вдруг распахнул объятья неведомому пришельцу?
А почему Космос впервые открылся россиянину? Уж он-то не по торговым делам отправился во Вселенную! Причем полетел из революционной, сумасбродной, отсталой по всем статьям России! Поехал как к себе домой…
Какая же подъемная сила подняла его над Землей?
Запад и Восток захлебывались от восхищения и негодования.
И все-таки в год 1961 российский народ увидел не то, что видели стороны света. Наверное, потому, что и зрение, как и Время, у каждого народа свое. Нет в мире слепых и зрячих, но каждый видит то, что жаждет видеть.
Именно в этот год в России началась отмена крепостного права, на сей раз установленного революционными законами. Подавляющая часть населения страны, приписанная к колхозам вместе с крупнорогатым скотом, инвентарем и тягловой силой в одной похозяйственной книге, стала получать паспорта, а вместе с ними — Право Гражданства.
Как ровно сто лет назад…
И именно в этот год на весь мир было объявлено, что началось строительство коммунизма и в восьмидесятом году все народы огромного государства, лежащего сразу на двух континентах, станут жить в самом совершенном человеческом общежитии. Светлое будущее — тот самый Свет в конце Пути — ожидалось через какие-то девятнадцать лет.
Было в этом заявлении что-то по-детски хвастливое, самонадеянное и простодушное одновременно.
Впрочем, иначе и быть не могло: революция, сломавшая законы эволюции, непременно оказывается в положении неразумного ребенка, играющего с хрупкими часами. В детстве кажется, что если разбить часы, то и Время остановится…
Или можно крутить стрелки — вперед, назад, вперед, назад…
14. В год 1931…
А народ все прибывал и прибывал в режимную роту. Приводили здоровых, в ком гордость играла, и больных, изнеможенных, покалеченных.
