В какой-то момент я даже решила, что это, наверное, называется оргазм, как его описывали мои сокурсницы по академии. Стало жарко, и ноги ослабли настолько, что мне пришлось прислониться к нему полностью и держаться второй рукой за кафтан. Я почувствовала, что он сырой от пота и вдохнула в себя его запах. Я поняла, чем отличаются наши мужчины от Рокшан, — это запах. Наши воняют, а Рокшан пахнут, хотя вполне возможно это касается только Рантаира. Но запах незабываемый: свежескошенной травы смешанный с запахом древесины и нагретого солнцем песка.
Такой легкий и терпкий аромат, что я, уткнувшись ему в грудь носом, не могла им надышаться. В этот момент поняла, что готова простоять так всю жизнь, держа его за руку и вдыхая его аромат. Так мы постояли какое-то время, потом он просто взял меня на руки и понес из зала. Рядом шел Дар, и я услышала его благоговейный шепот.
— Это невозможно, этого просто не может быть!
Что-то со мной не так происходит! Я вяло подняла голову и посмотрела на Рантаира и так и замерла с открытым ртом, потому что на меня смотрели самые красивые и чистые синие глаза во всей Вселенной.
И такие любимые, что я, не удержавшись, шмыгнула носом и по моей щеке покатились слезы. Он от неожиданности даже остановился, с тревогой всмотрелся мне в лицо.
— Вам плохо, Ева?
— Нет, Рантаир, просто у Вас такие красивые синие глаза, и знаете, краснота совсем ушла. Это значит, что Вы сытый? Да?
Он пару раз моргнул от неожиданности, а потом нахмурился и как-то весь напрягся, продолжая двигаться, судя по всему, в мою каюту.
Нас сопровождали ошеломленные и даже немного испуганные лица его подчиненных. Я все никак не могла сосредоточиться и осмыслить все происшедшее и начала испытывать легкий стыд за свое поведение. Боже, они же, наверное, черте что подумали обо мне! Липну к нему как банный лист, хватаю его за руки, лицо, а ведь я сама в шоке от своего поведения, но при этом ничего не могу с собой поделать. Это непреодолимая сила толкает меня к нему и заставляет так себя вести.
Я, опустив голову, горько вздыхала и пыталась тайком, чтобы никто не заметил, утереть свои слезы. Войдя ко мне в каюту, он осторожно опустил меня на диван и, повернувшись к Дару, приказал:
— Еды, сейчас!
После чего опять посмотрел на меня.
— Эльтарина Ева, хочу ответить на Ваш вопрос! Да, Вы накормили меня досыта, чего раньше со мной никогда не случалось, поэтому Ваш труд будет соответствующе вознагражден.
