Красавица для Чудовища (СИ)

— Я пойду, — опустив голову, спустя несколько секунд в моих объятиях, пропищала Настя, и отстранилась от меня. — Когда родится малыш, ты можешь его навещать, — прошептала девушка. — Знаю, что ты обеспечивал меня, Роберт случайно проговорился. Ты всегда говорил, что это — твоя обязанность, как мужа, — ухмыльнулась она сквозь грусть.

На это я не был согласен, они с ребенком должны были быть рядом со мной и другого варианта не было. Стоило девушке развернуться, как я опустил ладонь ей на плечо и развернув к себе, поцеловал ее в губы.

Я даже не понял, зачем сделал это, ведь собирался обнять, попросить прощения снова, просить ее вернуться ко мне до тех пор, пока она не согласится. Вкус ее губ затуманил мне рассудок моментально: притянув ее к себе теснее, впился в ее губы как обезумевший, будто этот поцелуй был для меня единственным источником кислорода. Настя захныкала в мой рот, выставляя ладони перед собой и пытаясь оттолкнуть меня, но затем сдалась, когда я крепко сжал ее руку, другой рукой осторожно придерживая спину девушки.

Углубил поцелуй, требовательно проводя языком по ее невероятном вкусным губам, которые она слегка приоткрыла, позволяя мне проникнуть внутрь ее рта. Да, именно этого мне и не хватало. Боже мой, как же это обалденно и вкусно, и я готов был поклясться, что у меня никогда не было такого восхитительного поцелуя."

"Она — моя. Настя опьяняла меня, сводила с ума. Я твердо решил забрать ее себе, и она больше и минуты не продержится в доме своей сестры.

Мы все как-нибудь решим и никакого гребанного развода не будет. Жаль только, что я понял это слишком поздно.

— Я хочу тебя, — громко проговорил ей в губы. — И я заберу тебя, — опускаясь ниже, и потянув за цепочку, в порыве злости и ревности, случайно порвал ювелирное изделие, желая примкнуть губами к ее невероятно нежной коже. И я целовал ее шею, как и хотел еще с того момента в кафе, втягивая кожу ртом и наслаждаясь от чистейшего удовольствия. — Ты — только моя.

— Мне говорили, чтобы я не встречалась с тобой, — всхлипнув, прошептала она, ударяя меня по лицу и прекращая мои домогательства.

Моментально отрезвел, прикасаясь ладонью к пылающей щеке. — А я так сильно по тебе скучала, что доверилась своим чувствам. Предатель, как же я тебя ненавижу, — и она ударила меня и по другой щеке.

Я прижал ее к себе снова, и Настя тихо заплакала. Бедняжка. Мое сердце обливалось кровью, а ненависть к себе разрасталась с каждой секундой.