Красавица для миллиардера (СИ)

Тогда он резко разводит мои ноги в стороны и упирается головкой члена в лоно. Я охаю, но горячие губы тут же накрывают мои собственные, не давая ни о чем думать кроме этого сумасшедшего, на грани разумности, поцелуя. Его язык ласкает, касается кромки зубов, прижимается к моему. Именно в этот момент его член проникает в меня, лишая всего того, что я столько времени берегла для единственного мужчины.

Боль пронизывает тело, я всхлипываю в поцелуй. Он гладит мою грудь, чуть сжимая заострившиеся от возбуждения соски.

— Тише, тише, моя девочка, — шепчет он прямо в мои губы.

Внизу тянущая боль, но от его слов голова идет кругом. Мне никто и никогда такого не говорил. Это так странно, так непривычно.

Его губы накрывают мой сосок, я охаю и выгибаюсь. Он довольно улыбается.

— Тебе будет очень хорошо, — снова говорит он.

А потом плавно толкается глубже."

"Я вскрикиваю от волны накатившего удовольствия. Боль осталась, но словно растворилась, осталась на грани, только придавая особые ощущения.

Он двинулся назад, и меня окатило жаром.

С моих губ сорвался стон, протяжный и совершенно бесстыдный. Тут же щеки залило румянцем. Никогда не думала, что смогу издавать такие звуки!

Невольно попыталась свести колени, но мне не дали.

— Тш… — Мягко поглаживание по бедру. — Расслабься, детка. Не зажимайся. Не надо… Тебе будет хорошо.

И медленно двинулся, почти покидая моё тело. А потом снова вошёл на всю длину, срывая с моих губ громкий вскрик.

Его глаза смотрели прямо в мои. Ни отвести взгляда, ни повернуть голову.

— Смотри. Смотри. На. Меня, — хрипло приказывает он между фрикциями. — Ты запомнишь эту ночь навсегда. Навсегда.

Он закидывает мои ноги себе на плечи, практически вжимает в постель.

Я сжата, подчинена, покорена.

Он берет меня, словно утверждая своё право. Извечное право мужчины на женщину, у которой он стал первым.

Я просто уже ничего не соображаю от захлестывающего меня удовольствия. Только отвечаю на яростные поцелуи, а когда он переключается на шею и ключицы, кусаю губы и всхлипываю.

— Тебе хорошо, детка? — шепчет он. — Скажи, что тебе хорошо. Я хочу это слышать, давай. Хорошо? Да?

— Да! — вскрикиваю я, когда он пронзает меня особ глубоко. — Да!

Внезапно он останавливается. Весь жар, который окутывал меня, исчезает. С моих губ срывается разочарованный стон, глаза широко распахиваются, в непонимании глядя на него.

Мужчина хмыкает, выходит из меня.