Красавица для миллиардера (СИ)

Она дрожит от желания и похоти, вжимается и потирается всем телом, отвечая на поцелуй голодно и ненасытно.

Горячая девочка. Идеальная. Моя.

Я люблю таких. Никогда не думал, что сойду с ума от одного её вида на той фотографии на сайте. Казалось бы, тьма баб, бери какую хочешь. Многие оценили уже давно и мою внешность, и мой банковский счет. Ни одна из моего окружения не откажется поскакать на моём крепком члене, надев на шейку бриллиантовое колье.

Но мне это не так интересно. Хочу Алису. Девочку с бездонными голубыми глазами, у которой был первым мужчиной во всех смыслах этих слов.

Поэтому не собираюсь отступать.

Я прохожусь пальцами между её ног, мягко надавливая на клитор, заставляя Алису охнуть и выгнуться.

— Нравится? — хрипло шепчу я ей в шею, прикусывая и вылизывая изумительную фарфоровую кожу, пахнущую ванилью и цитрусом — сладким апельсином.

— Да-а, — выдыхает Алиса. — Да…

— Ещё, малышка? — невинно осведомляюсь я, снова касаясь клитора, лаская настойчивее, то невесомо поддразнивая, то ощутимо надавливая.

— Ах… — Алиса всхлипывает. — Да, пожалуйста…

Пальцы замирают. С её губ срывается разочарованный стон. Она смотрит в мои глаза чуть заторможено, непонимающе.

— Плохо просишь, сладкая моя, — мои губы изгибаются в холодной улыбке. — Попроси иначе, чтобы я согласился. На колени!

20

Алиса сразу вздрагивает, но потом…

Она чуть пошатывается, словно потеряла ориентацию в пространстве. Но тут же, покорная моим рукам и действиям, оказывается на коленях. Сама оглаживает мой живот.

Кладёт руки на бедра и делает шумный вдох. Потом расстегивает молнию, поднимает голову и смотрит прямо в глаза. Снова проходится язычком по ещё розовым губам — этой малышке очень идет этот цвет. А это чертовски прекрасно — видеть, как женщина берет в рот твой член, преданно смотрит в глаза, ласкает его своими накрашенными губами и жаркой глоткой.

И ей это нравится. Нравится настолько, что она готова делать это часами.

Впрочем, даже если бы Алиса и не хотела смотреть, ничего бы не вышло.

Я не могу отказать себе в такой малости, как не давать любовнице отвести взгляд во время минета. В этом есть нечто жутко возбуждающее, смесь беспомощности, сладкого унижения и превосходства. Отдача такая, что всё тело напрягается струной, а желание становится настолько острым, что нет сил сдерживаться.

И в этот момент простой человеческий мужчина становится богом.

Алиса берет глубоко, не спешит. Это уже не то, что было между нами в ту ночь.