Красавица для миллиардера (СИ)

Но откуда взять денег даже на маленькую кофейню?

Спустя время Виктор снова уходит на кухню, и внутри становится пусто и холодно, будто исчезло нечто важное и замечательное.

Я вздыхаю и пробую печенье. Оно тает во рту, оставляя привкус горького шоколада. Вкусно. А потом кусочек клубники и добавить молочный шоколад, получается замечательно.

Кондитерскую я покидаю в относительно приподнятом настроении. Мне звонит Лида, сообщает, что немного задержится, ибо только вызвала такси.

Я в хорошем настроении, поэтому заверяю её, что все в порядке и решаю прогуляться по красивой зелёной улице.

Тут же делаю несколько фоток, чтобы был запас для инстаграма. Люблю это социальную сеть, нравится выкладывать разное и красивое. И впервые за последние дни я широко улыбаюсь.

Я прохожу мимо летней площадки дорогого кафе, где сидит множество людей. Родители и дети. Влюбленные пары. Одиночки. Самые разные.

Чувствую стоящий в воздухе аромат запеченного мяса со специями, жареной картошки, свежей зелени, м-м-м, как хорошо.

Сама не понимаю, как мысли о кулинарии сливаются с воспоминаниями о мужчине. Красивом кареглазом мужчине с невероятно чувственными губами и умелыми руками.

Я думаю о количестве соли и специй и представляю, как его пальцы вплетаются в мою платиновую шевелюру.

Я делаю шаг вперед и почти вижу, как его губы краснеют от поцелуев.

Я вдыхаю сводящий с ума запах потрясающих блюд и вспоминаю запах его разгорячённой кожи, когда мы делали это.

Да! Да! Да! Можно сотни раз повторить одно и то же, что плохо так думать, но ничего не могу сделать. Постоянно прокручиваю в голове ту ночь.

Как бы я ни старалась делать вид, что я приличная девушка, ничего не выходит."

"Нужно держать себя в руках. Он — мужчина. Чужой. Богатый до безумия. Я для него никто. Скорее всего, такие как он считают, что женщина — слабый пол, красота этого мира, но лучше ей не переходить дорожку мужчине. Он смуглый и черноволосый.

Даже сейчас мне сложно вспоминать его и сохранять спокойствие. Хочется оказаться как можно ближе, провести пальцами по груди, спуститься к плоскому животу, обводя кубики пресса. Он выглядит словно оживший древнегреческий бог.

Думаю, когда он одет — безумно сексуален. Но когда обнажён…

— Ага! Вот где ты! — звенит за спиной голос Лиды. — Как хорошо, что я решила тут выйти.