Красавица для миллиардера (СИ)

И еле слышно вскрикивает, не ожидав, что я так сожму пальцы на нежной коже.

Мне нравится оставлять свои метки. Древний сигнал первобытного самца на самку. Моё — не тронь.

— Мне было так одиноко, — выдыхает Ляля, невольно втягивая и без того плоский живот — мои пальцы опускаются всё ниже, и она не знает, чего ожидать. — Я…

— Ты становишься на колени.

Она смотрит на меня лишь несколько мгновений. В её глазах столько эмоций, что желание только крепнет, и хочется с силой надавить на её плечи, чтобы опустилась скорее.

Но Ляля — умная девочка. Она сама прекрасно знает, что нужно делать. А потому пухлые губы улыбаются, черные загнутые ресницы опускаются, пряча взгляд, в котором невероятная смесь невинности и жажды опытной шлюхи.

Её ладони скользят по моим бедрам; слышится звук раскрываемой молнии.

Дыхание перехватывает, когда её губы обхватывают мой член. Пальцы сами вплетаются в белокурые пряди. Ляля не сопротивляется. Позволяет мне вести в этом развратном танце, полностью отдается в мою власть.

Она берёт глубоко, кажется, ей это нравится.

Совершенно сносит крышу, когда она поднимает взгляд и смотрит мне прямо в глаза. Зрелище настолько пошлое и возбуждающее, что невозможно долго держаться. Да и не хочу. Не за этим я здесь.

Ляля ласкает всё быстрее, я кончаю спустя несколько минут. По телу пробегает приятная волна расслабленности. Дыхание тяжелое, будто у спортсмена, пробежавшего дистанцию.

Дьявол! Почему она это делает так хорошо? Это не позволяет посмотреть на кого-то другого.

И тут же понимаю, что это «возможно» слишком эфемерно. Мне не нужна развратная жена, которую потянет на приключения. Да, я хочу, чтобы она была невинна до встречи со мной. И пусть неопытная, зато гарантированно ожидающая меня, а не кого-то другого. И я ни за что не пожелал бы ребёнка от такой, как Ляля. Чему она сможет научить? Такая не ровня мне и семье Кагратовых. А что недостатки… Так они у всех есть, даже у меня.

При этой мысли я криво усмехаюсь. Ляля хмурится. Кажется, она немного озадачена. Совсем не так реакция, на которую рассчитывают после такого действа. Приходится исправляться.

— Малышка, ты чудо, — говорю я самым сладким тоном, на который только способен. Поднимаю её и целую в губы, на которых ещё остался мой привкус.

Ляля оттаивает, пытается ластиться, приходится немного продлить ласки, но я с изумлением понимаю, что не хочу сегодня задерживаться.