— Куда это ты направляешься? — пробормотал он, поворачиваясь на бок лицом ко мне.
Густая прядь волос падала ему на лоб, отчего глаза казались еще более пронзительными, хотя чувственные губы были расслабленными. Мне хотелось протянуть руку, пальцами зачесать его волосы назад и обхватить его великолепное лицо ладонями. Я с трудом могла поверить, что передо мной холодный, бессердечный, мистический Лука. И все же, как только он покинет этот теплый очаг и оденется, он снова станет неприступным незнакомцем.
— В теплицу, — пробормотала я.
Он посмотрел на меня с любопытством.
— Тебе действительно нравится возиться с растениями, да?
Я улыбнулась.
— Очень нравится."
"— Ладно, я быстро. Максимум десять минут, — пообещал он и внезапно нырнул под одеяло. Я почувствовала, как его рот прижался к клитору, и ахнула. Что ж, он пробыл там гораздо меньше десяти минут. Думаю, земля раскололась подо мной уже через пять.
К моей чести, я была еще быстрее. Потребовалось гораздо меньше пяти минут, чтобы разрушить его мир.
Со смехом я уклонилась от его хватки, пока он все еще был слишком дезориентирован, чтобы двигаться так же быстро, как я, сорвала с него одеяло и отползла. Завернувшись в него, выбежала из комнаты.
И снова я увидела мадам, когда бежала по коридору. На этот раз она не исчезла в первой попавшейся комнате. Она прошла мимо и почтительно поздоровалась со мной:
— Доброе утро, мэм.
— И вам доброе утро, мадам, — крикнула я, проносясь мимо.
Глава 41
Скай
Неделю спустя
Дни пролетали быстро.
У папы все было хорошо в Швейцарии, и Лаура звонила каждый день во время их утреннего перерыва. Он плавал и хорошо питался, ему регулярно переливали кровь и, в целом, казалось, что он более сильный и в гораздо лучшем настроении. Мои растения превратились в крошечные саженцы с бледно-зелеными листиками. Просыпаясь каждое утро, я мысленно отмечала в календаре еще один день и горевала о его потере.
Вчера вечером Лука уехал на Брайтон-Бич, но сказал, что к ужину вернется.
Все утро я провела в теплице с Джоном. С моими растениями больше нечего было делать, кроме как любовно за ними наблюдать, поэтому я принялась помогать ему. Джон был в почтенном возрасте, и я замечала, что к середине дня у него начинала болеть спина. Прежде чем покинуть этот дом, я пообещала себе, что поговорю с Лукой о том, чтобы найти для него помощника. Он был слишком горд, чтобы признать это, но он отчаянно в этом нуждался.
