— С чего бы мне отдавать тебе своего ребенка?
— Сегодня вечером я улетаю в Бостон. Мой визит сюда закончен. Можешь либо остаться здесь и закончить свой отпуск, либо отправиться обратно со мной.
Я вскочила с кровати.
— Я еду с тобой.
— Отлично. Будь готова выехать в семь. — Затем он повернулся и вышел.
Я уставилась на закрытую дверь, силы начали покидать меня. Слезы, которые я так старательно сдерживала, потекли по щекам.
Глава 50
Лука
Это снова со мной случилось.
Я вышел из нашей спальни, желая уничтожить все, что попадется на глаза.
Внутри бурлили всевозможные эмоции. Я ей доверял. Ослабил бдительность и доверился ей. Действительно поверил в ту фантазию, которую она наколдовала. Каким же дураком я был. Одного раза мне было недостаточно.
Угораздило же меня снова совершить ту же чертову ошибку. Я доверял другой представительнице ее пола. Все они бессердечные лгуньи. На них приятно смотреть, но они ядовиты. Они используют свои тела, чтобы заманить неудачников в ловушки.
Прекрасные лгуньи.
Я прошел по коридору и быстро сбежал вниз по лестнице.
С шумом от грохочущей в ушах крови я ворвался в библиотеку. Отец сидел в кресле, курил трубку и играл сам с собой в шахматы. Его старый пес Пунто свернулся калачиком у него на коленях. Собаке было уже почти двадцать. В детстве мне иногда казалось, что он любит собаку больше, чем собственную семью.
Отец с любопытством посмотрел на меня.
— Кое-что произошло. Вечером я уезжаю, — объявил я.
Секунду он молчал, потом вынул трубку изо рта.
— Однажды я прочитал статью в российской газете.
Речь шла о человеке, который сорвал прекрасный цветок, растущий в дикой природе, и принес его домой. Его любимая кошка съела его и умерла. Некоторыми цветами суждено лишь любоваться издали, но их нельзя приносить домой.
Я с трудом сглотнул. Впервые в жизни мне захотелось по-настоящему сильно ударить отца. Да, Скай была ядовитым цветком, но она была моим ядовитым цветком, и я не мог вынести, чтобы ктото говорил о ней что-то плохое.
— Она беременна, — холодно сообщил я.
Он посмотрел на меня без всяких эмоций, и я знал, о чем он думает, но даже он не осмелился произнести эти слова. Я отвернулся от него и вышел за дверь.
Я нашел маму в музыкальной комнате. Она разговаривала по телефону. Резко закончив разговор, она позвала меня сесть рядом с ней. Я остался стоять.
— Мама, вечером я уезжаю. Кое-что случилось.
— О, — удивленно воскликнула она. — Ты вернешься?
— Нет, увидимся в Бостоне, когда ты приедешь весной.
