— Она заглянула в листок. — Но этого мало. Таких же как вы — больше десятка. Убедительно прошу вас показать, на что вы способны. Иначе… — профессор Хейдар замолчала. — Иначе мы будем вынуждены с вами попрощаться.
Я не поднимала на нее взгляда, с глаз упали две слезинки. Я не могу сейчас провалиться! Иначе мне можно даже не возвращаться в родную деревню.
Дело в том, что мне обязательно, хоть расшибись, но нужно было научиться магии. Эта идея пришла в голову моей мачехе пару месяцев назад.
В какой-то момент находится в деревне мне стало совсем сложно: женщины меня ненавидели, спускали на меня собак (буквально), а мужчины… они и ненавидели, и интересовались одновременно.
Это была самая опасная смесь, несколько раз я уже оказывалась в ситуации, когда еще немного, и сохранить честь было бы невозможно. И однажды мачеха сказала:
— Унни, вдова Кук совсем плоха. Мне нужно подыскивать новую учительницу для школы, а пока я это делаю — попробуй-ка ее заменить.
В школе учились дети из нескольких окрестных деревень: письму, счету, немного географии — всему, что могла им дать женщина, которая работала учительницей.
Обычно ею становилась вдова или старая дева в возрасте, не имевшая своей семьи и достаточно грамотная. Я не сразу поняла, почему мачеха хочет отправить меня в школу, а когда поняла — хотела ноги ей целовать.
Здание школы стояло на окраине деревни, на самом обрыве, из окон было видно только небо и море, ветер и солнце заглядывали внутрь. В школе имелась каморка для учительницы, а каждые полгода она получала от деревенского совета жалование.
Сначала я боялась того, как меня примут дети, но мы быстро нашли общий язык, и я поняла: школа — это то, что мне нужно, чем я хочу заниматься. Правда, и этой возможности мне не дали:
— В деревне недовольны, — без обиняков заявила мачеха спустя пару месяцев. — Что их детей учишь ты. Сама знаешь, почему. — Она замолчала. — Не говоря уже о том, что тебе надо выходить замуж, самый возраст.
— Я никогда не выйду замуж! — воскликнула я. К тому времени я уже успела понять, что из себя представляют мужчины, и связывать свою судьбу с одним из них не собиралась.
— Матушка, ты же сама это знаешь!
— Знаю, Унни.
Она улыбнулась, и мне на глаза навернулись слезы. Эта женщина не была мне родной матерью, но заботилась обо мне больше, чем кто-либо.
— Вот что, — решила она. — Колдовать ты понемногу умеешь, я сама видела. Если ты обучишься магии и вернешься, то никто и слова не сможет сказать против того, чтобы ты работала в школе.
