— Сегодня мы собрались перед лицом святых, чтобы соединить две жизни, — начал король, формируя в руках заклинание связи.
Итан громко втянул воздух через зубы — мне казалось, это все должны были услышать, но внимание всех в зале было приковано к свадебной церемонии.
Неожиданно я заметила, что принцесса не стоит смирно, она как будто переминается с ноги на ногу, поводит плечами, и это не могла скрыть даже длинная широкая фата, окутывающая фигуру.
Наконец, когда движения принцессы стали совсем уж лихорадочными, это заметил даже король.
Он запнулся, потянул к дочери руку.
— Жжется, — выдавила принцесса. — Оно жжется.
Вниз на каменный пол упал столовый нож, а следом за ним принцесса, изогнувшись дугой и разорвав фату, она сбросила с себя тяжелый медальон с зеленым горящим — в буквальном смысле, языками пламени, — камнем. Откинула с лица обрывки ткани и тяжело задышала, согнувшись пополам.
Ее рыжие волосы заструились по плечам, больше не сдерживаемые заколками. Лицо было бледным, испуганным.
— Нет! — Оливер рванул вперед, но было поздно.
— Мили!
Принцесса обернулась, и в то же время ее в руки сграбастал Итан.
Как он оказался рядом?
Я рванула вперед, но меня отбросило от них как будто какой-то силой, невероятно прочным барьером. Меня и всех остальных: короля, принцев, Оливера, мою маму — всех.
«МОЯ!» — я скорее угадала это слова в низком надсадном низком рычании, наполнившем зал. Смотрел он только на Амелию, которую прижимал к себе, как будто ничего больше не существовало.
Итан… больше не был похож на человека.
Его руки и глаза почернели, на лице выступили огненные вены. Принцесса Амелия в его руках казалась хрупкой куколкой и безуспешно пыталась дотянуться до лежащего на полу ножа.
Я снова попыталась приблизиться.
Что происходит, что это за магия? Итан, это чудовище, он не формировал заклинаний, ничего не делал — его сила просто накрыла все вокруг, как купол, и прижала нас к земле.
— Амелия!
— Мили!
— Убери от нее руки!
В этот момент Амелия, рыжей змейкой изогнувшись в когтистой хватке, подняла с пола нож, замахнулась, чтобы ударить Итана в шею, но не успела ничего сделать.
"
"Болезненное рычание ударило по ушам, а затем стекла задрожали, посыпались вниз, как разноцветный дождь, и в зал, проламывая стену, вломилась голова, а затем передние лапы огромного дракона, темно-красного, как запекшаяся кровь.
Он был таким стремительным, что я не могла ничего разглядеть — сплошная мешанина когтей, чешуи и огненных всполохов.
