Он обошел стол, двигаясь совершенно бесшумно, и встал напротив меня. На звериной морде, удивительно выразительной, застыло усталое и неприязненное выражение, как будто ректор Стортон в очередной раз пожалел о том, что имеет со мной дело.
Не знаю, какой пикси дернул меня за язык, но я проговорила:
— Ректор Стортон, скажите мне честно, пожалуйста. Я вам совсем-совсем не нравлюсь?
Брови, из которых торчали вверх белые кошачьи усы, поползли вверх.
— Что вы такое несете, Танг? Заболели? Вы — адептка академии, я — ректор! Какое — «нравитесь»?
В глазах ректора, особенно человеческих на звериной морде, нет ни грамма симпатии или знакомой мне «маслянистости» — такого неприятного оттенка мужского взгляда, с которым я слишком часто сталкивалась.
На его морде было одно сплошное недоумение.
То, что я в самом деле ни капли ему не нравлюсь, как будто сняло с моих плеч тяжелый груз. Этак я в самом деле могу в него влюбиться! Просто потому, что… не буду ждать проблем.
— Нет, — радостно сказала я. — Я не заболела.
Ректор нахмурился, и тут… чудовищный, совершенно ужасный звук разрезал тишину кабинета. Я прижала ладони к животу. Только не это! Я не была на ужине, в обед, кажется, подавали рыбу, которую я не ем… Но это же не повод!
Живот заурчал еще раз, на этот раз — намного громче.
— Извините!
Во имя всех святых!
Я совсем не чувствовала голода… как же неловко!
Ректор молчал. Не спешил ехидничать или отчитывать меня.
— Вы любите говядину, Танг?
— Что?
— Сегодня среда, — невпопад ответил он.
— Вы любите говядину?
— Да, — осторожно ответила я.
— Тогда пойдемте.
Ректор направился к выходу из кабинета. Перед моими глазами проплыл кончик хвоста, пушистый и нервно дергающийся.
— Куда?
— В Сейлор-холл. Там сегодня подают говядину.
Что⁈
Глава 21
— Вы идете, Танг? — спросил ректор, уже стоя у дверей.
Он… куда он, позвольте спросить, собрался в таком виде? Только чтобы узнать это, я подошла ближе.
Выяснилось, что мои подозрения о внезапно возникшей душевной болезни ректора оказались беспочвенными.
Рядом с дверью стоял небольшой столик, а на нем — шкатулка. Ректору понадобилось время, чтобы открыть крохотную золотую защелку огромной лапой. Он извлек оттуда ключ и посмотрел на меня.
Ничего себе! Да это же настоящий крылоключ! Зачарованный артефакт, вставив его в замочную скважину любой двери, можно было оказаться совершенно в другом месте — в том, на которое зачарован крылоключ.
Раньше я никогда такого не видела и подошла поближе.
