Красавица

Кто-нибудь желает поспорить? – Его британский акцент казался слишком благородным для вечеринки, на которой сатиры гуляют по саду. Слишком культурным для праздника, на котором напившиеся глупцы забывают о своих клятвах чистоты в лабиринте из душистых розовых кустов, не замечая цветочных шипов.

Будто бы иллюстрируя эту мысль, очаровательная молодая девушка с волосами цвета дымящихся угольков вылила бокал пузырящегося шампанского себе в глотку, то расплескалось, потекло по ее ключице и промочило ей блузку.

Показались очертания ее грудей, затем она сделала вид, что сердится, якобы просто промахнувшись и не попав в рот, но потом громко и звонко засмеялась.

Какое бы внимание девушка ни пыталась к себе привлечь, ей это удалось. Глаза всех, и мужчин, и женщин, застыли на ее тонкой фигуре, глядя одновременно с укором и завороженностью. С самодовольной улыбкой та сделала оборот вокруг своей оси, огибая друзей, беззаботно, с весельем.

Пока что.

Изумленная Пиппа наконец перевела взгляд и увидела Селину.

Обе, уставившись друг на друга, замерли. В глазах Пиппы блеснула обида, а ее губы раскрылись от удивления. В следующую секунду она повернулась к своему сопровождающему и начала что-то быстро ему говорить.

Селина понимала, что Пиппе понадобится меньше десяти шагов, чтобы оказаться лицом к лицу с ней. И вдвое меньше, чтобы убийца это заметил, если он находится здесь, в чем Селина была почти уверена. Нет, Селина просто не может позволить этому произойти.

Паника охватила ее.

Безумный смех кружил в воздухе, смешиваясь с непрекращающимися беседами. Аромат травы и железа от свежевспаханной почвы ударил Селине в нос, когда она огляделась, ища, где укрыться.

Одним волнообразным движением Бастьян снял свою бычью маску, его серебряные глаза походили на штормовые тучи, а выражение лица стало напряженным. Точно он почувствовал беспокойство Селины.

Они уставились друг другу в глаза.

В следующую секунду Селина крутанулась на пятках и без предупреждения бросилась ко входу в лабиринт, подол ее платья кремового оттенка цеплялся за шипы, но она все равно бежала.

Тьма во плоти

Селина не знала, почему была так уверена в том, что Бастьян последует за ней.

Она лишь знала (так же точно, как то, что луна всходит над ночным небом), что последует.

Когда она оглянулась через плечо, его фигура в плаще неслась за ней, и что-то неуловимое, необъяснимое, что-то, что она никогда не испытывала прежде, пробежало по ее телу.