Краш-тест для майора

Он с открытым ртом смотрит на выгибающегося дугой Гузова.

— Ебать… — телефон падает из рук на пол.

Трясущимися руками вытаскивает ствол. Наставляет на меня.

Ну вот и все… Что теперь делать будешь, Настя?

— Ну-ка делай своё дело, сука! Этого херачь!

— Застрелишь меня, делаю пару шагов к нему, закрывая собой голову Сергея на кушетке. — Муратов тебе скальп снимет и сожрать заставит. Ты же знаешь…

Переводит ствол на Сергея.

— Я выстрелю в него…"

"— А если Глеб не давал таких инструкций Гузову и тот блефовал, чтобы манипулировать мной? И если ты его убьешь, последствия будут такие!!.

. Не зря же Глеб пошел таким сложным путем и не приказал его убрать сразу?

«Витёк» мучительно сомневается. Команду отдать некому, командир — овощ.

Ловит в прицел то меня, то Сергея. Бросает взгляд на свой разбитый телефон.

Шефу теперь тоже не позвонить.

— Дай мне свой телефон!

Воинственно поднимаю электроды.

— Иди, возьми.

В коридоре шум. Дверь с грохотом отлетает.

Девушка! В кожаных штанах и куртке. Поднимает на меня прицел пистолета.

— Отошла от него, тварь! — рявкает она.

Грохот! Зажмуриваюсь, втягивая голову в плечи. Делаю пару шагов спиной назад. В ушах звон, меня слегка контузит, на голову сыпется кафельная плитка разбитая выстрелом. Вжавшись в стену, оседают по ней вниз. Бросаю электроды, закрываю ладонями лицо.

Мужские голоса, шум борьбы…

— Братишка… Пиздец!

— Он в себе?

— Под херней какой-то…

— Забирайте!

Вспоминаю, что Сергей рассказывал про братьев, семью. От облегчения впадаю в прострацию.

Никто не обращает на меня больше внимания. Они освобождают Сергея и двое из мужчин, очень похожих на него, закидывают его руки к себе на плечи и практически выносят из палаты, напряженно споря о чем-то между собой.

Девушка присаживается передо мной. Красивая… Как Лара Крофт. Жаль, я не всемогущая Лара Крофт…

— Ты чего в него вколола? — с ненавистью.

— Галоперидол…

Теперь действует только он.

— Через час отпустит, — после капельницы должно где-то через час.

Она убирает пистолет в кобуру.

Переводит взгляд на лежащего в наручниках на полу «Витька». Подходит к нему. Несколько раз пинает с яростью по лицу своими ботинками с рифлёной подошвой, превращая его лицо в месиво.

— Яра! — возвращаясь рявкает самый взрослый из Зольниковых мужчина.

— Это чтобы легче опознать, — ухмыляется она.

— Уходим. Сейчас сюда чужие маски-шоу нагрянут.

Они уходят, оставляя дверь открытой.

Ну вот… Зольникова спасли.

А тебя — нет.

Чего делать будешь? Надо ехать домой.