Красив. Богат. Женат

Вгрызаюсь в ее рот и чувствую, как она обвивает меня ногами.

Резко подтягиваю к себе ее бедра и врезаюсь стояком в промежность.

Искры из глаз.

- О Господи, - шепчет она, - о, Господи…

Дергаю и срываю с шеи галстук. Марина вытягивает рубашку из брюк, я нервными движениями вырываю пуговицы из петлиц. Глядя на бесстыже острые ее соски, швыряю рубаху на пол и, подхватив ее под бедра, отрываю от комода.

- Арсений Рустамович!.. – вскрикивает, хватаясь за мою шею.

- Арсений. Или Арс… - прикусываю зубами подбородок, - еще раз по отчеству назовешь – накажу.

Вижу, как порочные губы изгибаются в довольной улыбке. Как по ним пробегает кончик розового язычка.

- Хорошо.

Прижимаю к себе теплое податливое тело, прихватывая губами участки кожи на ее лице, и несу в гостиную на диван. Осторожно укладываю ее и накрываю своим телом.

Маришка, выдыхая, немного изгибается подо мной. Горячая, чувственная девочка. Замедленно моргая, смотрит на меня расфокусированным взглядом, кусает губы.

Я просовываю между нами руку и развожу ее ножки в стороны.

- Не болит больше? – спрашиваю, накрывая ее промежность ладонью.

Отрицательно мотает головой.

Касаюсь кружева ее белья, а оно, бл*дь, насквозь мокрое. Не сдержавшись, сжимаю ее ладонью и давлю двумя пальцами во влагалище прямо через ткань.

- А-а-а… - откидывает голову назад, хватаясь за собственные соски.

Мать вашу… это не девочка, это беда… моя беда…

Нутро выворачивает своей искренностью, нервы узлами вяжет.

Я сдохну, если не распробую ее вкуса.

- Давай снимем, Мариш… - сиплю, словно на шее удавка, - помоги мне.

Выпрямив ножки, она приподнимает таз, и я быстро стягиваю с нее трусики и развожу колени в стороны.

- Арсений Рус…

Развожу шире и прижимаю их к животу. От увиденного рот моментально наполняется слюной.

- Боже… что вы…

- Сама под коленками держи, - велю, располагаясь ниже.

- Нет, пожалуйста!..

- Будь послушной, малыш.

Склонившись, провожу языком от низа до самого верха и, глядя ей в глаза, раскатываю вкус во рту. Так и есть – свежие сливки. Усмехаюсь на ее ошарашенный полупьяный взгляд и возвращаюсь к лакомству.

Ныряю языком во влажные набухшие складочки, целую, охреневая от кайфа, и, мягко обхватив клитор губами, чувствую, как в кожу головы вонзаются острые ноготки.