Красив. Богат. Женат (СИ)

Там легко не будет.

Зарываю носом в ее волосы на макушке, глаза как у нарика закатываются.

- У тебя телефон звонит, не переставая, - проговаривает негромко.

Ревнует. И это неожиданно не раздражает.

- Она уже знает? – поднимает голову и смотрит мне в глаза.

Выпуская дым из легких, отрицательно качаю головой. Маришка вполне ожидаемо напрягается.

- Нет?.. Ты ей не сказал? То есть…

- Спокойно, малыш… - перебиваю, вплетаясь пальцами в ее волосы на затылке, - не сказал, потому что сам принял это решение полчаса назад.

- Зачем приехал тогда?

Сорвался, вот и приехал. Тушу окурок, удерживая за волосы, запрокидываю голову Маришки назад. В ее глазах страх, взгляд плывет.

- Думаешь, передумаю?

- Я завтра с ней поговорю.

Напряжение не уходит. Марина смотрит на меня, не двигаясь. А мне важно, чтобы она верила. Плевать на мнения всех вокруг, мне надо, чтобы эта девочка мне доверяла.

- Я. Завтра. С ней. Поговорю, – повторяю раздельно по слогам, - верь мне, малыш.

- И… она согласится на развод? – спрашивает тихо.

Не сразу, но согласится. И тестю придется сделать то же самое.

Словно решая что-то для себя, Маришка отводит взгляд и закусывает нижнюю губу.

Бл*дь… как я скучал!.. С чего я решил, что смогу отказаться от нее? Она в меня корнями проросла, уже и не выдрать. И не собираюсь. Нах*й. Нах*й здравый смысл, принципы, бесконечное чувство долга, общественное мнение. Гори все синим пламенем.

Притягиваю ее, слабо сопротивляющуюся, к своей груди. Прижимаю трепетно, чувствуя, как колотится сердечко в груди.

Блеск ее глаз слепит. Податливость, теплота ее тела сносят крышу. Надо же – так заклинило…

- Почему ты не приехал раньше?

- Ждал, что отпустит.

Заломив одну бровь, слабо улыбается. Целую ее в упрямые губы.

- Не отпустило, значит?..

- Даже после… нее?.. – голосок внезапно просаживается, взгляд становится болезненным.

Хреновая идея, малыш. Не то, о чем я бы хотел с ней говорить, но врать в глаза ненавижу.

Мгновенно вспыхнув, она дергается и ударяет кулаком в мою грудь, но я обхватываю ее тело и фиксирую руки. Слышу сдавленное рыдание.

- Тшш… малыш, все… успокойся.

- Катись к жене! – извивается как змея, все ногтями в меня вцепиться норовит.

- Тихо, я сказал! – рявкаю грубо, - на меня смотри!..

Вскидывает лицо и обжигает взглядом, как каленым железом, губы плотно сжаты, подбородок вздернут, а щеки мокрые.