Красив. Богат. Женат (СИ)

Слегка зацепив пряжку ремня, я накрываю его пах ладонью.

Машина рывком ускоряет скорость, но я руку не убираю. Сглотнув обильную слюну, сжимаю его.

Делаю, как он требует, усиливаю давление и подушечкой большого пальца обвожу головку члена.

- Ширинку расстегни.

Машина, вильнув влево, обгоняет по трассе большой грузовик и летит дальше, встречая и провожая встречные огни.

Я сгораю заживо. Кожа пылает, между ног все ноет и пульсирует, губы постоянно пересыхают.

Найдя пальцами язычок молнии, тяну его вниз и нащупываю рукой каменную эрекцию.

Арсений издает короткий стон, и в этот же момент машина Ауди начинает снижать скорость и вскоре сворачивает с трассы вправо.

- Ремень расстегивай, - говорит он, ведя автомобиль по узкой проселочной дороге.

- Ты серьезно?.. – начинаю паниковать, понимая, что меня ждет первый в моей жизни секс в машине.

- Расстегивай, Марина!

Повернув еще раз, седан оказывает в какой-то безлюдной рощице. Останавливается под деревом и гасит фары.

- Снимай белье, - бросает Арс отрывисто, стягивая с себя брюки и боксеры.

- Мы же могли… дома… как обычно…

- Ты сваливаешь на три дня, малыш… у меня каждая минута на счету, - цедит сквозь зубы, поднимая крышку консоли и вынимая оттуда пачку с презервативами.

Стягиваю трусики по ногам, в то время, как Кравцов раскатывает латекс по члену. Смотрю на это, и перед глазами плывет.

- Иди сюда, - бормочет, перетаскивая меня на свои колени.

Я и пискнуть не успеваю, как оказываюсь насаженной на него до упора.

Громко стону, вплетаясь пальцами в густые темные волосы. Оба замираем на несколько мгновений. Глядя друг другу в глаза, делим общее сумасшествие на двоих.

Следующий толчок выбивает воздух из легких. Мне стыдно, но, кажется, я готова кончить уже сейчас. Арсений это чувствует – его губы изгибаются в порочной улыбке.

- Течешь, малыш, как сука…

Ударяет бедрами снизу и сталкивает меня в пучину острейшего наслаждения.

- Такая крошечка! – сюсюкаю, склонившись над пластиковой больничной люлькой, - такая сладкая!

- Не разбуди, Марин, - шипит Кирилл, прижимая к себе жену.

Настя само умиротворение. Блаженно улыбаясь, обнимает моего брата за пояс и трется лицом о его грудь.

- Новорожденные крепко спят, - отвечаю ему, - вспомни Сашиного Никитку. Его даже атомная война не разбудила бы.

- Юля девочка, - шепчет брат упрямо, - девочки чувствительнее.

- Кир, - смеется Настя, - да, ладно тебе. Она просыпается только покушать.