Красиво разводятся только мосты

— И не один.

— Ира, ты меня пугаешь, — стояла, боясь пошевелиться, Аврора.

Но та вдруг резко задрала голову и с любопытством уставилась поверх плеча.

Глава 13

— Просто для настроения, — прозвучал рядом до дрожи знакомый голос.

В руки лёг перевязанный лентой букет.

— Демьян, не надо было, — замерла Аврора, глядя на бархатно-красные розы.

— Хорошего дня, — он коснулся губами её виска, решительно развернулся и пошёл прочь.

— Хорошего дня? — вытаращила глаза Ирка, когда он ушёл. — Это что сейчас было?

— Это был Демьян Кораблёв и, собственно, больше мне нечего добавить, — Аврора пожала плечами.

— А чего ж мне, глядя на вас, захотелось закурить? — прищурилась та. — Ты покраснела, он стиснул зубы так, что, будь у него во рту железный прут, перекусил бы. Ты хоть телефон дала? Уверена, он просил.

— Просил. Не дала.

— Узнаю Святую Аврору, — Ирка покачала головой. — Э-э-эх! Ну ты чо, Рорка? Такими мужиками не раскидываются.

— Какими такими? — усмехнулась Аврора."

"— Которые знают, что делать с тем, что у них в штанах, — хмыкнула та, прищурилась: — Да что с тобой, подруга? — Махнула сыну: — Андрюша, мы здесь!

— Ничего, — пожала плечами Аврора.

Ирка посмотрела на неё с подозрением, и, конечно, не поверила.

— Только не говори: он женат, я не могу, — скривилась Ирина.

— Он женат, и я не могу, — отрезала Аврора и улыбнулась Андрею.

— Мне дали на выбор синюю и красную, — запыхавшись, рассказывал он, показывая упаковку с машинкой. — Я выбрал красную.

— Молодец, — потрепала его по тёмным кучерявым вихрам мать.

— Ужас, как он стал похож на отца, — шепнула Аврора по дороге к выходу.

— Он на него похож с рождения, — застёгивала на ходу куртку Ира.

— Но сейчас особенно. Мне кажется, чей сын — не ошибёшься. Те же смоляные кудри, тот же синий взгляд. Ты его больше так и не видела? Воскресенского?

Честное слово, про Воскресенского вырвалось у Авроры невольно. Вадим Воскресенский, скорее всего, уже миллиардер, а когда-то просто талантливый айтишник, с которым у Ирины был бурный, но непродолжительный роман, от которого она родила и которого до сих пор любила.

— Не трави душу, а, — откинула та за спину волосы.

Какой-то мужик обернулся, с восторгом цокнул языком.

Они всегда на неё оборачивались, молодые, пожилые, среднего возраста, совсем юные.