Красивый. Богатый. Женатый (СИ)

мне нужно несколько дней на доработку, знаю, что не годится представлять концепцию праздника без расчетов, но к понедельнику все будет готово…

— Почему ты сбежала от меня, когда я отвез тебя домой? — негромко перебивает меня Дымов. — Я тебя чем-то обидел?

У меня мурашки поползли по спине от его вопросов, но если я сейчас промолчу, то не я буду. Играть в прятки, жеманничать и строить из себя таинственную нимфу — это не про меня.

— Ничем не обидели, Дмитрий Андреевич. — Храбро смотрю в зеленые глаза. — Вам позвонила ваша подруга — разумеется, мне не нужно было слышать ваш разговор, поэтому я ушла.

— Мы с Ириной расстались, — Дымов говорит те слова, которые я очень надеялась услышать, но сейчас никакой радости они мне почему-то не приносят. — Не стоило уходить.

Убираю руки под стол, не хочу, чтобы он видел, как пальцы подрагивают от напряжения. Сижу и ругаю себя последними словами — вот к какому разговору надо было готовиться, а не к чертову корпоративу!

— Потому что ты мне нравишься, Петра, — все тем же спокойным голосом произносит Дымов.

Ну это мы еще посмотрим! Но ты, похоже, уже все решил?!

— Чего вы хотите, Дмитрий Андреевич?

Ему явно не понравился мой вопрос и тон, каким я спросила. Знаю я этот прищуренный взгляд, но молчать и мило краснеть от его признания не буду. Хотя глупое сердце уже готово пуститься в пляс.

— Прежде всего, я хочу, чтобы ты перестала мне выкать и называть меня по отчеству, — чеканит каждое слово, чувствую, что ему приходится сдерживать резкость в голосе.

— На ужин? Но... Это… типа свидания?

На секунду мне показалось, что от моей прямолинейности Дымов слегка опешил. Но смутить его мне, конечно, не удалось.

— Не типа, Петра, а свидание, — спокойно поправляет меня, глядя в глаза. — Именно свидание. Личное, а не деловая встреча.

Сердце вот-вот выпрыгнет из горла, я уже почти не дышу. Дмитрий молчит, терпеливо ждет ответа, но весь его вид говорит, что он не сомневается в моем «да».

— В компании же запрещены личные отношения между сотрудниками? — тихо спрашиваю, разглядывая идеально ровную поверхность стола.

— Запрещены, но ты — исключение из правил, Петра. Тебя еще что-то смущает?

Он встает из-за стола и неторопливо подходит ко мне, заставляя нервно сглотнуть подступивший к горлу комок. Я всем телом ощущаю его близость, хотя он даже еще не коснулся меня.