Красивый. Богатый. Женатый (СИ)

К счастью, вовремя вспоминаю, что я сейчас исключительно Вишенка и вместе с двумя Клубничками и тремя Дыньками играем с детками в старый добрый «ручеек».

— Ты зацени, сколько здесь взрослых, — успевает прошептать Наташка, когда мы чудом встречаемся в этом визжащем от радости потоке. — Чуть ли не больше, чем малышни.

Швецова права однозначно — похоже, все детки здесь вместе с родителями, ну или с… будущими мужьями. Одного я вижу прямо перед собой.

Дымов стоит у стены рядом с мультяшным ледяным дворцом диснеевской Эльзы и разговаривает с двумя мужчинами в таких же, как и он, дорогих темных костюмах.

На меня ни разу не взглянул с тех пор, как мы вернулись с Наташкой в зал в виде Вишенок. На нервяке же обе были, вот и показалось, что он меня внимательно разглядывал. Хлопаю в ладоши вместе с мальчуганом лет семи, а сама пытаюсь понять, что чувствую. Вроде бы и хорошо, что не замечает — прекрасно помню то ощущение неловкости от его взгляда сегодня утром, — но почему-то мне самой хочется сейчас его разглядывать. Приходится даже отворачиваться, чтобы не смотреть.

У нас наконец-то перерыв, все уже набегались и напрыгались. Теперь официанты расставляют на столах большие вазы со сладостями и фруктами, так что можно передохнуть.

— Я щас спарюсь вся! — Наташа и правда красная как рак или, точнее, как вишенка в процессе созревания. — Они сейчас есть будут, и затем представление с Эльзой, Анной и Олафом. Нам только в самом конце еще выходить. Погнали на улицу.

Приятный легкий ветер и много-много воздуха.

Уф! А что еще хочется, когда голова от шума и визга кружится? Вообще, я обожаю свою работу и мелких люблю, даже таких капризулек, как Эмили, но сегодня явно не мой день. И ведь чую, что это еще не конец.

— Столько красивых и деловых мужчин на детском празднике я никогда не видела! — уверенно заявляет Наташка и делает большой глоток воды из бутылки. — Понятно, что не к девочке приехали, а с папашкой ее перетереть.

— Ну не все же, — возражаю я, вспоминая о Дымове.

Когда мы с Наташкой уходили, он по-прежнему о чем-то разговаривал с такими же, как он, серьезными и неулыбчивыми господами.

Потом к нему с воплем понеслась Эмили, а дальше я уже не видела. Наверное, сидит сейчас со своей крестницей за столом и кормит ее пирожным.

Мы с Наташкой синхронно оборачивается на игривый возглас. Перед нами стоит худощавый улыбчивый парень лет двадцати пяти в синей футболке и потертых явно дорогих джинсах.

— Привет! — Наташка не слишком дружелюбно кивает.