Я прекрасно понимала, что всем моим политическим противникам донесут об этом немедленно. В данный момент я представляла собой наживку. Большую и жирную наживку для того, кто пожелает вести себя не слишком честно или же, напротив, вступить в союз со мной.
Завтракала я утром, еще в Малом Шанизе, а обед во дворце на стол мне подавал Гастон. Сегодня королева решила есть в полном одиночестве, и потому только голоса фрейлин из моей приемной слегка нарушали тишину. Принятие пищи в полном одиночестве, безусловно, нарушало этикет.
По правилам, фрейлины должны находиться при мне неотлучно, но, слава богу, со мной давно уже не было ни Ателаниты, ни мадам Лекорн, чтобы указать мне на это вопиющее неприличие.
Гастон в дверях принял у прислуги подносы с едой, разложил все это на столе, и через полуоткрытую дверь люди из приемной могли наблюдать, как королева усаживается обедать. Потом дверь закрылась, и Тусси, которая была моей личной горничной с того самого незабываемого Дня Благодарности, вежливо спросила:
— Ваше величество, в камин…?
— Да, Тусси.
Гастон, найдется мне что-нибудь перекусить?
— Конечно, ваше величество, — Лакей уже орудовал у камина, пристраивая поближе к огню небольшой медный котелок. — Кашу мадам Менуаш вчера вечером варила. А хлеб я покупал в городе, — доложил он и добавил: — Ну и яблок с грушами я целую корзинку прихватил, да яйца вареные сам запас.
В это время Тусси уже привычно отрезала кусок ростбифа, выбрала с блюд немного гарнира, добавила пару ломтиков рыбы в сложном соусе и, придирчиво посмотрев на тарелку, кинула сверху пирожное.
— Достаточно, ваше величество?
— Да, Тусси, хорошая порция.
Пища с тарелки полетела в огонь и легкий запах гари пронесся по комнате. Благо тяга здесь отличная. Возможно в еде и не нет яда, но лучше быть немного параноиком, чем сильно мертвой. Я ела разогретую кашу и размышляла о том, кто попытается до меня добраться первым: Богерт или кардинал? К концу моего скромного обеда, когда прислуга уносила грязную посуду, зашла вдова Эхтор, мой бессменный личный секретарь:
— Ваше величество, письмо от кардинала Ришона.
— Что хочет кардинал?
— Я не вскрывала, ваше величество.
— Откройте и прочитайте.
В записке кардинал просил меня навестить его.
— Мадам Эхтор, отпишитесь кардиналу, что я плохо себя чувствую.
— Слушаюсь, ваше величество.
— Присаживайтесь, мадам Эхтор. Давно мы с вами не болтали.
