До этого момента положение мадам Менуаш в моей свите было несколько странным: родившей королеве вроде бы ни к чему акушерка, но сейчас я с огромным удовольствием сказала:
— Назначаю вас, мадам Менуаш, своим косметологом.
Мадам Менуаш склонилась в низком поклоне, а я спросила:
— Мадам, а не знаете ли вы какого-нибудь средства, чтобы сделать ресницы темнее?
— С востока привозят черную краску, ваше королевское величество. Она называется сурьмин. Если пожелаете, у меня есть знакомый купец, который возит оттуда товары, и я могу заказать для вас.
— Пожелаю, мадам Менуаш, и буду вам весьма признательна.
Из полутора десятков флаконов с духами я выбрала только один запах, тот, который показался мне достаточно приятным. Все эти духи изготавливались на заказ, и у них не было названия. Но почти все они обладали очень тяжелыми, насыщенными, знойными ароматами: сладкие фрукты, сандал и ваниль, роза и мускус. Такие запахи, как мне кажется, были бы уместны для какой-нибудь смуглой восточной Шахерезады, но совсем не подходили к моей внешности.
Тот флакон, который я выбрала, пах свежескошенной травой с яркими нотками мятой земляники.
Выжав из своего внешнего вида все, что мне было доступно на данный момент, я в сопровождении фрейлин отправилась с визитом к мужу. Похоже, вчера королева-мать посетила сына: король недовольно хмурился, глядя на меня. Зато его придворных мой внешний вид, кажется, снова сильно удивил. Я заметила любопытство и недоумение во взглядах, а некоторые дамы, не скрываясь, рассматривали меня.
Глава 14"
"Когда с ритуальными приветствиями было покончено, его величество, все также хмуро оглядывая меня, спросил:
— Скажите, Элен, вы специально решили оскорбить своим поведением мою мать?
— Что именно показалось вам оскорбительным в моем поведении, ваше величество?
— День Великой Благодарности — это повод надеть ваш лучший туалет. Почему вы вышли к подданным не в том платье, что было на вас в день коронации? Это платье было свадебным подарком моей матери, и она обижена и оскорблена вашим вызывающим поведением.
Признаться, Элен, я тоже недоволен вами.
— Ваше королевское величество! Прошу вас, напомните мне, сколько лет прошло с момента моей коронации?
Казалось, от такого простого вопроса его величество слегка растерялся. За спинкой королевского стула стоял его родственник, герцог Саймер де Богерт. Он наклонился к уху короля и что-то шепнул.
— Четыре с половиной года, Элен.
