Двойка ходила довольно часто. Через минут тридцать она уже будет дома, рассказывать маме, как она переговорила с отцом. Но на душе было неспокойно. Она высказала ему все, что думала. Вернее, все что собиралась сказать ему, и, как мама хотела, чтоб она говорила с ним.
Думая о нем, вдруг вспомнила, как екнуло у нее сердце, когда услышала голос отца, и, как поздоровались, и, как была в напряжении от мысли, что ей надо ему все высказать. Она чувствовала, что ее папа соскучился за ней, не знает как с ней говорить, и, как бы теряется от ее односложных ответов.
Ей хотелось увидеть его, посидеть рядом, обсудить сложившееся положение. Но это было невозможно. Никогда не придется, наверно, вот так запросто поговорить. Это бы не понравилось маме, считавшей себя однажды уже преданной одной из дочерей. Женька не могла себе позволить стать второй предательницей. В голове она, уже в который раз, прокручивала короткий разговор с отцом:"
"«Ну, что, Женя, приехала бы ты ко мне, погостила. Я бы тебе денег на дорогу дал, – услышала она на другом конце провода напряженный и просительный голос отца.
Что-то такое было в голосе, что она резко прореагировала:
– С какой это стати мне ехать к тебе? Неужели ты соскучился?
– Конечно, прошло столько времени, ты теперь совсем взрослая, – автоматически, как заученно ответил отец.
– Конечно, взрослая. Выросла без тебя! Ты мне нужен был, когда я росла. Но тогда ты меня не вспоминал, я тебе была не нужна. А теперь ты мне не нужен.
Зависла пауза. Женька помнила, как у нее пересохло в горле.
Она чувствовала, что и у него дух перехватило. Он что-то начал говорить, голос не звучал, а шелестел:
– Женя, ты не все понимаешь…
– Я и понимать не хочу! Все, папа, нам не о чем больше говорить! Пока!»
Она резко положила трубку.
Ей было нестерпимо жарко в телефонной будке. Она давно развязала платок. Выскочив из кабины, Женя перевела дыхание. Села на скамейку в зале почтамта. Посидела минутку, подумала: «Кажется, все сделала, как надо. Пусть знает, что она за ним не плачет.
До свиданья, милый папа! Точнее, прощай!»
Она поправила платок и пошла к остановке.
В автобусе было полно людей. Она встала у окна и разглядывала все что проплывало мимо ее окна. Вот Технологический институт. Здесь когда-то у Наташи были лабораторные уроки по химии, которые она ненавидела. Два дня в неделю, для сестры, по ее словам, были настоящими пытками. Химию она ненавидела всей душой…
Пол автобуса вышли на этой остановке.
