Девушка села, потянулась, схватила ее, припала губами к горлышку, начала жадно пить. Пузырьки уже испарились, осталась только сладость, поморщилась, шампанское было теплым и противным.
Значит, Волков вчера ее кинул. Пришел, уложил спать, что-то там говорил о том, что ему все известно про ее планы, и свалил. Так Элина не скрывала свои планы, ей нравился этот мужчина. Она захотела себе его заполучить – на время или навсегда, там было бы ясно.
Но то, что он уже второй раз ее отверг, было верхом наглости.
Сегодня надо будет с ним очень серьезно поговорить.
Пока девушка принимала душ, пришел виновник ее плохого настроения. Шампанское снова ударило в голову, она перестала болеть, но чувство ревности и горечи обострилось. Элина ревновала, и причиной ревности была маленькая пигалица-секретарша, которая встретила ее в приемной.
У них наверняка что-то с Сергеем было, Элина чувствовала это пятой точкой. Волков никак не отреагировал на ее прелести, а она практически выворачивалась наизнанку, ехала несколько часов, чтобы быть отосланной в этот сраный отель в убогом городишке.
– Привет, как ты?
Элина открыла дверь, взглянула на Волкова. Мужчина выглядел уставшим, глаза красные, щетина отросла еще больше, взъерошенный, помятый. У него, видимо, ночка была не сказочная, судя по виду.
– Нам надо поговорить.
– Конечно, надо. Проходи.
Сергей Сергеевич действительно не спал практически всю ночь.
Число написанных и отправленных Анастасии сообщений перевалило за двадцать. Но эта строптивая Красная Шапочка не отвечала на звонки и даже не читала его послания."
"То, что телефон был в сети, и сообщения доходили, уже радовало, и если верить словам Матвея, то она сейчас была у родителей за городом. Надо было как-то узнать адрес, поехать, выкрасть ее, утащить к себе. Он бы все объяснил, а объясниться ой как надо было, в этом была самая острая необходимость.
Сейчас в заядлом карьеристе Волкове проснулась совесть, или это были чувства, он пока не понял. Но мужчину переполняли эмоции, как бы он ни сопротивлялся, но Сергей был неравнодушен к этой девушке, сто процентов.
На душе было неспокойно, мужчина чувствовал себя виноватым, а еще он хотел видеть Настю, трогать, чувствовать рядом, касаться губами, слышать голос, смех.
