Красное бедствие

Я действительно не помню, что случилось с кораблем. Мне нужна была ваша помощь и, – он многозначительно посмотрел на ее руку, – вам нужна была моя.

Ромэйн инстинктивно прикрыла свежую татуировку ладонью и продолжила с недоверием его разглядывать.

«Давай, поверь мне, – мысленно обратился к ней Хэль, – просто поверь, и мы сможем продолжить наше увлекательное путешествие».

– Фэй заставит тебя уйти, – сказала Ромэйн.

– Я думал, что леди Большого Дома – это ты. Разве нуада не должна подчиняться тебе?

Говоря это, Хэль вдруг понял, что, если сила Тет проявится, девчонка сможет подчинить себе кого угодно, а не только непокорную воительницу.

– Я не могу доверять тебе, – Ромэйн покачала головой.

– Но я помог тебе прийти в себя, – Хэль указал на руновязь. – Если бы я хотел причинить вам зло, то уже причинил бы.

– Я подумаю об этом.

Ромэйн свесила ноги с кровати и встала. Одернув рубашку, она смущенно сказала:

– Не мог бы ты выйти? Я хочу одеться и… Куда делся вор?

– Фэй увела его, – ответил Хэль.

– Тогда разбуди остальных и идите в ее комнату.

Я скоро присоединюсь к вам.

Хэль картинно поклонился, сложил иглы в футляр и вышел из комнаты. Оказавшись в темном коридоре, он привалился спиной к стене и вытер пот, выступивший на лбу.

Теперь он не просто улавливает аромат Тет, он чувствует ее мощь, ее сущность… И все его естество стремится к ней, хочет слиться и стать единым целым с возлюбленной, по которой он тосковал сотни лет.

– Дай ей время, – прошептал Хэль, – дай ей немного времени…

Глава 23

– Я уже сказал… Ай, нет! Только не по лицу!

Фэй отошла от связанного вора и посмотрела на Ромэйн.

Та сдержанно кивнула, и нуада снова ударила пленника, но не по лицу, а в живот. Тот попытался согнуться, но веревки помешали ему это сделать, поэтому он просто захрипел и закашлялся.

– Спрашиваю еще раз: на кого ты работаешь? – повторила вопрос Фэй.

– Я уже ответил! У меня нет прямого нанимателя! Нет, только не… Ай! Ромэйн вздохнула. Отец ни за что бы не одобрил подобное, но иначе добыть сведения им не удастся.

Мерзавец молчал и отказывался называть имя своего нанимателя.

– Ладно, хорошо! – завопил пленник. – Я во всем сознаюсь, только не бей меня больше!

Он перевел дух, обвел затравленным взглядом собравшихся вокруг людей и сказал:

– Лаверн. Император Лаверн нанял меня.

– Зачем? – Ромэйн сложила руки на груди.

– Я должен был доставить ему кинжал.

– Зачем он ему? Из тебя что, каждое слово выбивать придется? – прорычала Фэй.

– Нет! Нет. Я не знаю, клянусь.