— Я слышал, что воины Островов быстры и ловки, но не ожидал, что настолько. А ну, ещё разок!
Ваймэнь бросился на упыря.
— Капитан, к чему это представление? — носферату легко отражал яростные удары пирата, кружа по палубе. — Я могу прикончить вас в любой момент!
— Чего же ты медлишь⁈ — выкрикнул Ваймэнь, наступая.
— Не знаю, — вампир широко улыбнулся. — Наверное, вы меня забавляете!
— Мерзкая тварь! — капитан изловчился и полоснул носферату по плечу.
Упырь отпрыгнул и с удивлением взглянул на рану.
— Браво! — сказал он холодно.
— Но шутки в сторону. Что с грузом⁈ — крикнул он, полуобернувшись.
— Он у нас! — донеслось с другого конца корабля.
— Прощайте ещё раз, капитан! — вампир насмешливо поклонился. — Как ни странно, убить вас — почти честь. Если это может утешить. Но нас ещё ждут ваши друзья, — он указал клинком в сторону приближающегося брига. — Так что времени на игры не осталось.
Ваймэнь замахнулся мечом и побежал на носферату. Он собирался сделать пару обманных выпадов, а потом проткнуть его снизу — это был один из приёмов пиратов клана Синего Тигра, который срабатывал почти всегда.
Но упырь высоко подпрыгнул, сбив капитана с толку, и в следующее мгновение Ваймэнь почувствовал, как узкий прямой клинок входит ему в грудь. Перед глазами поплыло, в ушах застучало, и откуда-то издалека донёсся затихающий голос вампира:
— Я же говорил: незачем сопротивляться, капитан…
Глава 37
Ирдегус искоса взглянул на вампира, расположившегося на диване с бокалом в руке.
Грингфельд постукивал длинными пальцами по деревянному подлокотнику и пил вино мелкими глотками."
"Уже не стесняясь, колдун судорожно вдохнул розовый дым, но тот почти не приносил облегчения. Страдания Ирдегуса становились нестерпимыми, так что иногда он думал о том, что лучше бы ему умереть. Он понимал, что вампир давно заметил его недуг и, возможно, обдумывает, как от него избавиться. Колдун прикрыл глаза и сглотнул. Он не хотел расставаться с жизнью, особенно теперь, когда огромная власть почти оказалась у него в руках.
Кроме того, было невыносимо думать, что он лишился жизни ради того, чтобы всё досталось Грингфельду.
Возле Ирдегуса стояла чаша, наполненная водой. В ней было видно лицо Рогбольда. Бледное, осунувшееся, но дышащее фанатичной волей. Колдун опустил в воду пальцы и слегка поводил ими, создавая круги.
— Мне бы хотелось, чтобы Рогбольд начал с Лиарда, — проговорил вампир, поворачивая голову и глядя на Ирдегуса.
