Враг у стен Эльдора!
— Это не моя вина! — заорал Рогбольд, приходя в ярость. — Я давно дал своё согласие возглавить вашу армию. Вы сами дотянули…
— Достаточно! — голос Ниголеи снова обрёл привычную твёрдость. — Сейчас действительно не время спорить. Пора в бой. Возможно, он станет последним для нас, но мы не можем отступить.
— Мы и не собирались! — огрызнулся Рэмдал.
Ниголея пропустила его реплику мимо ушей, хотя это было вопиющим нарушением этикета.
— Мы на пороге смерти, — продолжала она ровным голосом.
— И враг не знает пощады. Так забудем же её и мы!
Воины ответили дружным возгласом. Воздев мечи, они выкрикивали воинственные кличи, и Рогбольд подумал, что сдержанные обычно лесовики сейчас очень напоминают ему обычных людей Пустоши, готовых в любой миг сразиться за своё выживание.
— Вот ваш предводитель! — Ниголея указала на него, стоявшего со змеящимся клинком в руке. — Следуйте за ним к победе или к смерти! Принесите присягу. Таковы мой приказ и моя воля!
Воины молча преклонили колени.
Рэмдал вызывающе взглянул на сестру, но, встретившись с ней глазами, нехотя подчинился."
"— Мы клянёмся, — заговорили лесовики хором, и Рогбольд был вынужден повернуться к ним лицом и слушать, — быть верными Туманному Бору, светлому городу Эльдору, нашей королеве Ниголее и Рогбольду, нашему предводителю. Да приведёт он нас к победе или славной смерти, за которую нам не будет стыдно!
Лесовики поднялись с колен. Они смотрели на Рогбольда, и тот почувствовал, что должен ответить.
Ниголея стояла, почти отвернувшись. Наёмник понимал, чего ей стоило призвать своих людей к этой присяге, и вдруг подумал, что не подведёт её. Давно уже на него не возлагали надежд. И эти отчасти нелепые в своей высокопарности жители Туманного Бора заслуживали помощи.
— Я приношу себя в добровольную жертву этому клинку, — проговорил Рогбольд, поднимая Найгдар. — И принимаю его дар, за который готов расплатиться так, как будет ему угодно! И да дарует он нам победу или смерть, о которой сложат песни! А теперь пусть кто-нибудь покажет мне, где наши враги.
— Сюда, доблестный, — Данбаль выступил вперёд. — Мы приготовим тебе коня.
Рогбольд кивнул, взглянул на подчёркнуто бесстрастное, застывшее, словно маска, лицо королевы и пошёл за Данбалем, сжимая Найгдар.
— Постой! — окликнул его Рэмдал. — Тебе понадобятся доспехи, — пояснил он, когда Рогбольд обернулся. — Пойдём, я помогу тебе облачиться, а о лошади позаботится Данбаль.
