Красный монарх: Сталин и война

В это же самое время Георгий Маленков предупредил Сталина, что ленинградская партийная организация без разрешения правительства провела торговую ярмарку. Ему удалось связать это упущение с туманным планом, который в свое время вынашивал Андрей Жданов, по созданию российской коммунистической партии (в противовес союзной, как утверждал Маленков) и сделать Ленинград столицей республики.

Русскую партию не смог бы возглавлять грузин, а национализм Вознесенского вызывал сильную тревогу у кавказцев.

– Для него не только грузины и армяне, но даже украинцы – не люди, – сказал как-то вождь Анастасу Микояну.

В случае прихода к власти ленинградцев тревожным становилось бы будущее и Лаврентия Берии.

Маленков, в отличие от Кузнецова, прекрасно разбирался в характере Сталина. Он знал все его чувствительные места и умело пользовался этим.

– Поезжайте туда и разберитесь, что там происходит, – приказал Сталин.

Маленков и Абакумов отправились в Ленинград на двух поездах. Они привезли с собой пятьсот офицеров МГБ и двадцать следователей, занимавшихся делами особой важности.

«Когда Сталин приказывал убить одного человека, Маленков убивал тысячу!» – говорил Берия. Маланя остался верен себе и сейчас. Он набросился на ленинградское руководство, соединил все нити и в результате получил смертельно опасный «заговор». По городу прокатилась волна арестов.

Вознесенский и Кузнецов сидели в это время в своих роскошных квартирах в розовом здании в переулке Грановского. Они были уверены, что Сталин простит их.

1937 год казался далеким прошлым.

Младший сын Микояна, Серго, которому сейчас исполнилось восемнадцать, был женихом красавицы Аллы, дочери Алексея Кузнецова. Теперь получалось, что сын Микояна собирается жениться на дочери изгоя, а может, даже и врага.

– То, что произошло с моим отцом, повлияет на твои чувства ко мне? – тревожно спросила Алла Кузнецова.

Серго искренне любил Аллу. Анастас и Ашхен тоже успели привязаться к ней. Микоян поддерживал выбор сына.

– Неужели ты позволишь ему взять ее в жены? – ужаснулся Лазарь Каганович.

 – Ты что, с ума сошел? Разве ты не понимаешь, что Кузнецов обречен? Отмени свадьбу, пока не поздно.

Но Анастас Микоян был непреклонен.

15 февраля 1949 года Алексея Кузнецова сняли с должности секретаря ЦК. Его обвинили в антипартийных действиях и антигосударственном сепаратизме. Через три дня должна была состояться свадьба Серго и Аллы. Кузнецов был так рад за дочь, что на какое-то время, казалось, забыл о своих бедах.