Красный монарх: Сталин и война

А для того чтобы возглавить после Сталина партию, никто не имел достаточной подготовки и теоретических знаний. Перечисляя кандидатов, Сталин не назвал Георгия Маленкова. Маланя посчитал это многообещающим знаком и принялся штудировать книги.

Партийные руководители уже не сомневались, что у Сталина начинается старческий маразм. Никогда раньше он не горел таким желанием все контролировать. Словно раненый зверь, Сталин бросался во всех направлениях. Доставалось помощникам, секретарям, соратникам и друзьям. Большие неприятности ждали евреев, мингрелов и даже импортеров бананов.

История с бананами дает четкое и ясное представление о том, как Иосиф Виссарионович правил огромной страной в последние годы жизни.

Генерал Власик узнал, что в порту только что пришвартовался корабль с грузом бананов. Желая порадовать Хозяина, которому не давали покоя больные зубы, он купил несколько плодов. Вечером, когда на веранде дачи на Холодном ручье собралось большинство членов политбюро, Власик принес бананы и гордо положил на стол перед Сталиным.

– Где вы взяли эти бананы?

Николай Власик попытался объяснить, что купил бананы в порту, но Иосиф Виссарионович перебил его.

– Эти мерзавцы берут взятки и грабят страну! – в ярости закричал он. – Как называется корабль, который привез бананы?

– Не знаю… – ответил генерал. – Я этим не поинтересовался…

– Так поинтересуйтесь! – бушевал, брызгая слюной, Сталин.

Александр Поскребышев помчался в порт выяснять название корабля и распорядился, чтобы виновных немедленно арестовали.

Сталин приказал Микояну снять нового министра торговли. Лаврентий Берия решил обойти армянина. Обед закончился в пять утра, а уже в шесть Сталин вызвал Лаврентия Павловича и велел ему также уволить министра. В седьмом часу утра Анастас Микоян позвонил в Москву. Оказалось, что Берия уже сообщил несчастному плохие новости.

Через несколько дней Микоян заехал попрощаться. Иосиф Виссарионович все еще взволнованно говорил о бананах. Его распоряжение было выполнено – министра сняли.

Чарквиани написал в воспоминаниях, что это была типичная для Сталина вспышка гнева, из тех, которые заставляли его принимать самые неожиданные и зачастую не имеющие никакого отношения к делу решения. Просто Сталин, сухо пошутил в мемуарах Микоян, «очень любил бананы».