Второй меня не видит, вот и зря, захожу сзади снизу. Очередь не видно (трассирующие не использую, ни к чему), за-то костерочек - очень даже. Все наши преследователи подвернули на него как на маяк. То-что это в пяти километрах за хвостом ПО-2 неплохо, но ничего не гарантирует. С Базы передали: - наша четвёрка ночников в воздухе, просят наведение. Подворачиваю двоих западнее, двоих восточнее. Будут прикрывать фланги. Прут на всех парах, под 650. Немцы держат 450, но им ближе. Всё упрётся в качество наведения. Пока выдвинулся на встречу третьему, он подозрительно точно идёт к 201му, не реагируя на световые сигналы горящих камрадов.
Кто ж его так ведёт? Подхожу. Видимо подсказали. О как шарахнулся. Нет дружок не уйдёшь, у меня скорость не в пример выше. Третий разгорелся не сильно. Четвёртый заметался, не поймёт на какой костёр орентироваться или вовсе лучше заблудиться. Решение принять не смог, разделил судьбу товарищей. Кто из них спасся на парашюте не известно. на дальности 85-90км появились ещё 8. Кажется решили нас уничтожить любой ценой, видимо про пассажира знают больше чем я, не из-за паровозов они так обиделись.
Оставшаяся шестёрка взяла нас в кольцо, пара пытается отрезать нам путь к фронту. Кавалерия, в лице Лёшки и Коли Скорика, пришла вовремя. Отработанным приёмом вывел ребят на цель (каждого на свою) и они не промахнулись. С небольшим интервалом, впереди воздух прочертили трассеры очередей. Вспышки подтвердили попадание. Строгий и Карманов шли с лева и справа на свои цели. Я добил ещё одного сзади, второй не выдержал, отвернул.
Гоняться за ним не стал, не та задача. Выстроил эскорт. Наконец то над своей территорией. Завожу всех на посадку. Первым с пустым баком (вёслами то махал изо всех сил) сел ""кукурузник"", следом с таким же остатком ""Эк"". У командиров с бензином получше.
Гриша взялся за послеполётную подготовку. Я вынул из специального отсека на 3/4 разряженную пластину. Видимо я со злости, когда стрелял по поезду, как то умудрился влить в снаряды больше силы, вот и эффект.
Надо над этим подумать. А пока вызвали в штаб. Григорию Ивановичу передали приказ готовится к повторному вылету.
АХРЕНЕТЬ! За столом, на командирском месте, сидел Жуков собственной персоной. Мне не дал рта открыть:
- Заходи. Ругать будешь!
- Нет не буду.
- А ты ругай! Глупость и мальчишество. Преступная глупость!
- Обошлось же.
- Обошлось, была масса других решений. Вот хоть тебе сейчас взлететь, и отработать без нервотрёпки.
- Момент был удачный.
