Была мизерная надежда на пластину, если она сохранила заряд, если будет контакт."
"На удивление, нашёлся Смирнов. Алексей живёт с семьёй внука в большом загородном доме южнее Орла. Контакт установили только с потомком. Ссылаясь на преклонный возраст, слабое здоровье, не желание деда вспоминать кровавое время, попросили нас его не беспокоить. Понятно, кто мы для них? Какие-то поисковики-копатели. Два года посылал короткие отчёты. В этом году послал сообщение: ""Планируем поднять ""Эквилибриста""."" Получил, неожиданно, быстрый ответ: ""Обязательно будем.
Сообщите время, место дед сказал найдёт ночью с закрытыми глазами!"" Передал время и место, обещал отзвониться по прибытии. Им ехать часа полтора не торопясь. Будет всем сюрприз.
Однако первыми преподнесли сюрприз ""металлурги"". Остановились мы в городке неподалеку от точки. Здесь был мемориал где в числе других был перезахоронен Смушкевич. Я стоял у памятника и читал надпись на своей могиле
- Смушкевич Александр Янович.
Ниже: - Сашко-Змей.
1925-1943.
Рядом стоял Егор, читал те же строки и не верил сам себе.
Боковым зрением увидел, что подъехала машина Степаныча, а за ней ещё одна незнакомая. Пошёл на встречу, да так и стал. Из дверей задней машины выскочили молодые люди, нет они не были сильно похожи, но я точно знал кто появится за ними в след. Гриша, даже на фоне рослых внуков, выглядел, не смотря на возраст, глыбой. Постарело лицо, несколько согнулась спина, но от фигуры по прежнему веяло мощью. Захотелось рвануться, обнять, наговорить кучу всего.
Сдержался. Протянул руку: ""Здравствуйте Григорий Иванович!"" Киселёв пристально взглянул в глаза (что-то ему почудилось) и молча пожал протянутую руку.
- Ну вот - расстроился Степаныч, - Хотел сюрприз сделать, а тут все друг друга знают!
- Ты не прав, сюрприз удался. Просто командира ОГМ не возможно не узнать. Берзин Василий Николаевич, - наконец представился, - Бригадир группы поиска.
Пока знакомились подъехал и мой сюрприз. Лёшка изменился сильно, однако был узнан, прижат к могучей груди и орошен скупой мужской слезой.
Оказалось старики не виделись с того дня в июне 43.
Постояли у обелиска. Борисыч доложил, что в столовой готов поминальный обед. Поскольку заведение общепита находилось рядом, переместились пешим порядком. Столы стояли буквой П, по средине на тумбе стояла фотография беловолосого, голубоглазого, семнадцатилетнего младшего лейтенанта, четырежды орденоносца, героя советского союза.
