И Попов одного завалил. Твои моторы (уже и моторы мои?) отработали выше всяких похвал, вообще если бы не звено Строгого, неизвестно как бы все получилось. Командир приказал так же подготовить всю эскадрилью Попова.
- Ты с ним, если всё, - особисту, - отпускай.
- Ты, - парню, - иди на обед, полковой инженер знает, после поработаешь под его руководством. Или он под твоим, - добавил он так, что услышал только лейтенант НКВД и оба усмехнулись.
После обеда два звена из второй ушли на охрану моста, а в первой вылеты больше не планировали.
Инженер полка перехватил Александра на выходе из столовой, и они вместе пошли на стоянку самолётов.
- Как у тебя так получается, -поинтересовался старший.
- Чувствую, что так надо, а как это объяснить я не могу.
- Ладно. Посмотрим.
Но на стоянке дело не заладилось. Мотористы, с которыми работал Сашко, честно, пытались выполнять его команды. Попробовал и инженер, но толку практически не было. Пришлось послать за Гришей и всё получилось.
Комариное крылышко, комариный носик и мотор радостно поёт, и все это понимают. Даже, командир полка, пришедший посмотреть на это действо (ему, конечно доложили о возникших трудностях), оценил. Дал команду провести занятия с лётным составом по новому поведению боевых машин, и забрал команду настройщиков на свой самолет.
- А что не получилось с другими механиками?
- Да они меня не понимают, они стараются, но не чувствуют. Вот Григорий Иванович чувствует, ему и говорить почти ничего не надо.
Настройка командирской машины много времени не заняла. Самолет был готов к вылету, поэтому командир сразу решил проверить результаты новшества. На взлёте он испытал те же чувства что и Смирнов, и Строгий, и Штерн -значительно возросшую тягу. В полёте - тяга и приёмистость, в пилотировании -чуть большую устойчивость, а управляемость, как прежде - отличная. Крутнул несколько фигур и полез на высоту. Скороподъёмность порадовала. Когда он собрался уже переходить в пикирование, увидел, что возвращаются четыре самолета группы второй АЭ.
А их преследуют две пары мессеров. - разгоняются на пикировании, атакуют и вновь на высоту. Атака повторяется. Наши маневром уходят, но сами сделать ничего не могут. На землю пошел приказ на взлёт дежурного звена (благо самолет был с рацией). А сам имея значительное превышение атаковал набирающую высоту, а потому теряющую скорость пару фашистов.
