Судя по возмущенным крикам, подались слишком уж сильно, и несколько человек даже упали в канал, опоясывавший остров, на котором стоял Храм Первого Пришествия.
Мы с папой и мамой в самую давку не лезли, найдя себе спокойное местечко возле серого каменного бока Храма, как раз неподалеку от его огромных двустворчатых дверей. Время от времени я, отрываясь от созерцания бухты и кораблей, задирала голову, рассматривая три величественных позолоченных шпиля, украшенных золотыми полумесяцами, устремляющихся в затянутое облаками небо.
В прорехах между дождевыми тучами иногда мелькало солнце, но тут же пряталось, словно чего-то опасалось…
Но следовало ли бояться и нам?! Этого я не знала, но мне очень хотелось верить, что никакая опасность на площади нам не угрожает.
Потерла, разминая, затекшую шею. Надо признать, место мы выбрали себе очень спокойное, но не самое удачное, потому что куда лучший вид открывался вовсе не на бухту с этерийскими кораблями, а на спины встречающих. Вернее, на толпу, среди которой сновали ушлые лоточники, без устали предлагая сладости и сдобную выпечку.
Уверена, фрисвильские карманники этим утром тоже не остались без заработка!
Затем, еще раз полюбовавшись алыми парусами, я перевела взгляд на безмятежную маму и порядком встревоженного отца. Подозреваю, ему эта затея казалась не самой лучшей! Но Эльсана захотела смотреть на корабли, и папа, который всячески оберегал ее от каких-либо тревог, пошел у мамы на поводу. В противном случае ему пришлось бы объяснять, почему мы сидим дома, когда в городе настоящий праздник – ведь жители Фрисвиля возлагали столько надежд на приезд архиепископа с третьим артефактом Лургии! Также ему пришлось бы объяснить, почему вчера вечером он чуть ли не два часа укреплял наш дом, накидывая на особняк новые и новые защитные заклинания, а рано утром, куда раньше принятого для визитов времени, к нам прибыл магистр Страут, а за ним еще и Лукас Римерин.
Мамы на этой встрече не было, а вот мне разрешили присутствовать. Именно поэтому я была в курсе, что Краузы исчезли сразу же после злосчастного приема, на котором я дала Бастену от ворот поворот.
Укатили в позолоченной карете с ощетинившейся рысью на своем родовом гербе в неизвестном направлении, пока Лукас выслушивал сбивчивый рассказ о моем расследовании.
Затем он отдал приказ их разыскать, но Краузы как сквозь землю провалились!
Отец предполагал, что они убрались из города. Лукас, наоборот, считал, что затаились где-то поблизости.
