Они были повсюду, повсеместно, незаметные, но вполне осязаемые и, по словам Робера, вполне контролируемые. Вскоре у меня тоже стало выходить ими пользоваться.
Ну хоть что-то выходить!..
Под его руководством я зажгла первый в своей жизни светлячок – кособокое творение с истерически вспыхивающим внутри него пульсаром, – мысленно собрав магию со своих ладоней и запустив этот «пучок» в воздух с одновременно произнесенным заклинанием. И это было лишь самое начало! Затем были новые и новые заклинания… К тому же у меня было на кого равняться – у моей подруги дела с магией шли в разы лучше моего.
Правда, Робер говорил, это потому, что она осознала свой дар в десять лет, а не четыре дня тому назад, как в моем случае.
Его единственную ученицу – остальным он отказал по причине собственной загруженности – звали Иннеке, ей недавно исполнилось восемнадцать. Это была худенькая – вернее, худая – невысокого роста обладательница русых волос и внимательного взгляда серых глаз, оттененных длиннющими черными ресницами.
Она показалась мне симпатичной, веселой и легкой на подъем. Мы быстро сдружились, словно знали друг друга с самого детства.
А еще мне почему-то казалось, что в моей прошлой жизни, из воспоминаний о которой к этому времени у меня остались лишь смутные образы огромных домов из стекла, самоходных – без магии и лошадей! – железных повозок и странной штуки под названием Интернет, которая напоминала магию в этом мире, такая же невидимая и всепроникающая, – так вот, в той жизни у меня тоже была лучшая подруга.
Но как ее звали? Как она выглядела?! Этого я не знала – в моей голове из прошлой жизни ничего не осталось, а по своей глупости я не удосужилась записать в собственном «Кратком Пособии»!
Правда, сперва Иннеке премного смутилась, когда поняла, что заниматься магией ей придется в гостевых комнатах Западного Крыла особняка Вестерброков, как раз по соседству с моей спальней. Отец с Эльсаной обосновались в Восточном Крыле, я же осталась в полюбившейся мне комнате.
Иннеке обвела взглядом роскошную гостиную и тут же заявила, что подобное ей не по карману. Она не сможет столько заплатить! Дочь мясника из квартала Ушеф предполагала, что частные уроки у магистра Хартена обойдутся ей в привычные десять дукаров, как берут и другие преподаватели Академии, а не…
Она запнулась и промолчала. Но куда больше девушка смутилась, когда магистр заявил, что брать с нее деньги не намерен.
