Кредит на доверие

Нервничал, когда не знал, все ли у тебя в порядке в те дни, пока ждал возвращения Шуста, чтобы узнать о твоем местонахождении… Хотя тогда это вряд ли было «нервничал»…

Усмешка Коли в такие моменты настолько явно отдавала напряжением и прожитой болью, что Леся сама его истово обнимать начинала, стремясь искупить то, что и не думала сеять в душе этого невероятного мужчины!

— А сейчас, ну где повод нам нервничать? Ведь мы на все повлиять можем и действуем! — вот тут он ее чаще всего целовал, и Леся действительно забывала о причине, скручивающей все тело напряженным спазмом.

Да, ей точно было чему поучиться у своего любимого. Наверное, хотя бы умению и осознаю того, что она действительно может на события в собственной жизни влиять.

И все же она еще пока не умела так виртуозно эмоции от ситуации отделять. Оттого, наблюдая за разворачивающимися событиями, не могла найти себе места.

Станислав решил действовать не нахрапом, как ей объяснил Коля. И поначалу обратился к кому-то в СБУ, кто был перед ним вроде как в долгу… Как поняла Леся, какой-то сотрудник, который, оказывается, долго работал у них в охране «под прикрытием» и даже Миру охранял.

Чтобы понимать, а есть ли, вообще, повод заключать договор со спецслужбой, братья хотели поначалу выяснить, что там еще можно найти в тех записях. И, видимо, тот человек действительно считал себя должным Станиславу. Или, возможно, Гончаренко и ему пообещали подстраховку в виде работы у них, если что, тут Леся не знала точно. Однако записи они получили. Не полностью, но тот временной промежуток и именно с тех камер, который всех и интересовал.

И да, интуиция Мирославы сработала просто великолепно! Впрочем, учитывая ее репутацию, этого стоило ожидать, наверное. На записи, без звука, к сожалению, имелся разговор Мартынова и Залевски, которую Леся при жизни не знала. Потом они вместе вышли из зала на улицу. Мартынов закурил, насколько было видно через стеклянную дверь, и разговор продолжился. После они также вместе куда-то ушли.

Это точно была связь и довольно весомая, что подтвердил воодушевленный Терещенко, которому они это все тоже «неформально» показали.

На этом фоне последующие слова Леси о разговоре отца и мужа будут иметь больше веса, казалось. А главное, у Станислава появился серьезный довод в торгах уже с функционерами СБУ для официального получения записи, которую можно было бы использовать в суде. И, быть может, добиться записи с каких-то внешних камер или перекрестных ракурсов.