Крематорий

– Ближе подойди, ближе!

Колеса тягача, прикрытые щитками, с которых свисали широкие брызговики, уже маячили метрах в пятидесяти. Машлак ушел вправо, его машина запылила по обочине, обдав преследователей удушливым шлейфом. Погасли и габариты. Бывший чекист действовал грамотно. Андрей уже почти ничего не видел, стрелял наугад. Расслышать, попал в колесо или нет, не получилось. Все звуки тонули в реве двигателей, свисте ветра и шуме протекторов по щебенке шоссе."

"Наконец-то Маша сделала то, что ей собирался подсказать Ларин, – ушла влево и резко увеличила скорость.

Андрей уже держал пистолет наготове. Выжидал момент, когда за разбитым боковым окном покажется затылок Машлака. Но этого не произошло. Ларин успел разглядеть лишь руль и спинку сиденья. Водителя в кабине не было. Бывший опер еще не успел сообразить, как такое может быть. Дверца на ходу приоткрылась, залегший на сиденье Машлак выстрелил. Пуля пробила навылет бак мотоцикла. Бензин толстой струйкой хлынул прямо на колено Маши. Она чуть дернула рулем, и это решило дело: пуля, выпущенная Андреем, прошла над самой головой Машлака и врезалась в капот, прикрывавший в кабине двигатель.

– Поворот! – крикнул Ларин, рассмотрев в ночной гаревой дымке побеленные столбики.

Машлак максимально использовал предоставленный ему шанс. Продолжая втапливать педаль газа в пол, он крутанул руль, прижимая мотоцикл на повороте к самой бровке насыпи. Маша чисто по-женски вскрикнула и еле успела притормозить. Бешено вращающиеся задние скаты седельного тягача пронеслись мимо, и Андрею даже показалось, что чиркнули его по плечу.

Грузовой «Мерседес», мощность двигателя которого была рассчитана на большегрузные прицепы, летел напролом. Хлипкие бетонные столбики сложились под его бампером. Подняв облако пыли, тягач вылетел на дорогу, взвизгнул тормозами, выровнялся и помчал к городу. Мотоцикл чуть не перевернулся, прыгая по поваленным столбикам.

– Если не можешь вести по-человечески, пусти за руль меня.

 – Ларин тряс оцепеневшую Машу. – Что с тобой?

Мотоцикл катил не слишком быстро, где-то под восемьдесят километров в час. Тягач ушел далеко вперед.

– Слишком много событий, – призналась женщина, – у меня мозги переклинивает.

– Хочешь сказать, событий, не совместимых с жизнью?

– Нет-нет, теперь я в порядке. – Маша тряхнула головой и крутанула ручку газа.

Но на этот раз подводили уже не только нервы, но и техника. Двигатель чихал, захлебывался.