Кремль 2222: Юг. Северо-Запад. Север

В любой команде, пусть даже если она состоит из двух человек, есть старший. Неважно, чем он превосходит остальных – опытом, харизмой, силой, умом, – но это закон природы и любого общества, и против него не попрешь. И сейчас его дело учиться, перенимать опыт, а не выпендриваться.

Ну и ладно. Будем перенимать и не выпендриваться…

Он шел по коридору навстречу нервно подрагивающему стволу пулемета. Казалось, будто живая, хищная тварь уставилась в его грудь единственным бесконечно черным зрачком, готовясь выплюнуть в жертву струю раскаленного яда.

Судя по пулевым отметинам на стенах, случись такое – и от Данилы остались бы лишь куски теплого мяса, разбросанные вдоль коридора. Но какая разница для воина – сейчас или завтра? К тому же это очень хорошая смерть, когда умираешь быстро, не успев осознать, что же с тобой произошло…

Вот так, прогоняя в голове основы психологической подготовки воина, привитые с детства, разведчик дошел до установки.

Мощная машина смерти поневоле внушала уважение одним своим видом.

Есть какая-то внутренняя сила в хорошем оружии, все равно что это – меч известного мастера или древний черный пулемет на стальной зеленой подставке, напоминающей зеленую ногу гигантского насекомого. У ноги имелась специальная подставка, на которой был зафиксирован небольшой металлический ящик с блестящими точками видеокамер. От ящика к спусковому крючку пулемета тянулся тонкий тросик с зажимом на конце, напоминающим маленькие челюсти.

Данила осторожно разжал челюсти и снял зажим.

Недовольно заурчали сервомоторы. Пулемет начал рыскать стволом, словно крысособака, упустившая добычу, – но все было бесполезно. Если у крысособаки выбить зубы, води не води рылом, а никому она уже не причинит вреда.

– Можно! – крикнул разведчик.

Снайпер вышел из-за угла, приблизился, окинул внимательным взглядом пулемет, потом посмотрел на Данилу, потом снова на пулемет…

– Что? – спросил разведчик. – Что-то не так?

– Да нет, все нормально.

Молодец, – задумчиво проговорил Снайпер, почесывая подбородок. – Только чует моя печень, что в сердце этой Зоны нам понадобится нечто большее, чем пара автоматов. Так, если мне маразм не изменяет, то снимается оно вот так…

Меньше чем через минуту на бетонном полу, расщеперившись на сошках, словно стальная сколопендра перед атакой, стоял пулемет. Сервомоторы стойки жужжали все требовательнее, пока Снайпер не долбанул ботинком по ящику с видеокамерами.