Кремль 2222: Юг. Северо-Запад. Север

Невидимыми извилистыми тропками он пробегал там, где на первый взгляд дороги быть не могло в принципе.

Справа в просвете между огромной кучей мусора и остатками стены цеха промелькнули стальные конструкции моста. Но Фыф продолжал бежать прямо.

– Мост там, – на бегу коротко бросил Снайпер. Похоже, и ему было не особенно легко с такой скоростью носиться по развалинам в пыльнике, разгрузке и с двумя автоматами.

– Не пройдем, – буркнул Фыф, похоже, немного обиженный недоверием как специалист, которого попытались уличить в некомпетентности.

 – Там другой сектор со своим управляющим процессором, и, чтоб его пройти, еще один Mountain понадобится.

– И куда?.. – выдохнул Данила.

– Туда, – не особо вежливо бросил мутант, огибая мусорный Монблан по одному ему ведомой тропке. – Скоро развалины кончаются, поднажмите!

Не факт, конечно, что шамам, о которых вообще никто ничего не знал, свойственно чувство благодарности. Но других вариантов, кроме как довериться странному и, признаться, страшноватому с виду существу, которому они спасли жизнь, просто не было.

И Снайпер с Данилой без раздумий бежали за Фыфом, стараясь попадать след в след. Потому как если иначе, то имелась большая вероятность навернуться в канализационную дыру, споткнуться о торчащую из земли железяку, словно специально загнутую так, чтобы за нее зацепился носок ботинка, или еще каким-нибудь простым и доступным способом свернуть себе шею, благо на пути их встречалось великое множество.

Конечно, километр по пересеченной местности – это не бог весть что для тренированного бойца. Но когда тот боец хочет есть и спать, как вечно голодная и насмерть загнанная отроками приблудная крысособака, да плюс железа на нем навешано около трех пудов, то под конец того километра хочешь не хочешь, а ноги будут заплетаться, того и гляди на ровном месте об собственную ногу споткнешься и с разбегу носом в щебень зароешься.

А место и вправду стало поровнее. Развалины остались за спиной, в лицо пахнуло сыростью.

Вот и разрушенная набережная Москвы-реки, изогнутой в этом месте широкой петлей. На другой стороне – густолесье лысых мертвых деревьев, намертво сцепившихся ветвями и за счет этого ставших единой непроходимой стеной. Отсюда видать – даже если и переплывешь двести метров зараженной воды, что без водолазного костюма уже нереально, то через деревянную стену, подступающую к самой воде, не проберешься никакими силами.