Кремлевские звезды

Мне не нравится доставлять людям страдания, но иногда они просто не оставляют выбора. Некоторые по-другому не понимают.

Голова Хана запрокидывается, из носа появляется кровь и начинает пузыриться. Он хрипит, но сочувствия не вызывает.

— Э-э-э! — голосит передний. — Ты чухан, в натуре! Ты покойник, Бро! Ты покойник нах!!!

Он судорожно лезет под куртку и выхватывает… финку, здоровенную, как мачете. Ну, и что ты с ней сделаешь, дурак?

Машина сворачивает с проспекта Маркса на площадь Дзержинского. Железный Феликс возвышается над нами, как символ неотвратимости наказания.

Прекрасно. Символично. И как раз вовремя.

— Держи руль! — кричу я и бью кулаком в затылок водителю.

Тот мгновенно вырубается и теряя связь с действительностью, прижимает газ. Чёрные глаза пассажира с финкой становятся неимоверно огромными и растерянными. На лоб лезут. Он хлопает ресницами, не понимая, что можно предпринять.

— Руль!!! — ору я и тот, наконец, соображает, что теперь всё зависит только от него.

Он хватается левой рукой за руль и пытается выровнять машину, стремительно уходящую вперёд.

— Держитесь! — бросаю я Скударнову.

Чтобы не снести «москвичонок», несущийся впереди, наш новый водитель дёргает руль влево. Получается слишком резко, он не соизмеряет силу, он явно правша. Машина виляет, сходя с прямой траектории и несётся в занос.

Я наклоняюсь вперёд и дёргаю ручник. Тушить пожар нужно спиртом. Вот это дрифтинг! Теперь хоть в космонавты. Если выживем, конечно.

Кружась, Волга бьётся о бордюр, вылетает на газон и, вырывая куски дёрна, неотвратимо приближается к постаменту.

Выскакивает на ступени лестницы и прыгает по ним. Всё это сопровождается оглушительным воем клаксонов и рычанием двигателя. И матом переднего пассажира. Кажется, он порезался.

Практически уткнувшись в памятник, мы останавливаемся.

— Быстро на выход! — командую я Скударнову.

Площадь оглашается воем сирен.

— Егор! — хватается за голову генерал. — Ну ты устроил. Так бы я и сам смог. Мне ж по-тихому надо было! Теперь п**дец всему!

— Я ещё только начал, — подбадриваю его я.

 — Всё хорошо будет. Они нас почти на место привезли.

С переднего сиденья выползает помятый и кровоточащий передний пассажир, принявший на себя управление машиной. Подбегают гаишники. Они свистят, подбадривая самих себя. Да куда мы денемся с подводной лодки?

— Я агент КГБ! — кричу я. — Дело государственной важности! Срочно звоните полковнику Злобину.

Про Злобина я стараюсь говорить не слишком громко.