Кремлевские звезды

— А бронь есть, конечно, вот она, здесь — хлопаю я по груди.

Там во внутреннем кармане ветровки лежат наши паспорта и пачка денег.

— Поедем в «Жемчужину» или в «Москву», — говорю я. — Сориентируемся, по обстоятельствам. Только смотри, сумочку из рук не выпускай, а то карманники здесь ушлые.

Подходит автобус, жёлтый Икарус с гармошкой. Дышать сразу становится не так приятно. Мы забираемся внутрь. Как так, такси нет? Охренеть, честное слово. Народу набирается довольно много.

— Нелётная погода была, — говорит улыбчивый парень лет тридцати.

 — Вот таксисты все и остались по домам.

Его прижимает к нам. Мы стоим у задней двери, рядом с одиночным местом, где обычно сидит кондуктор, но сейчас там занято. Мотает нас весьма основательно, ещё и соляркой несёт капитально, так что удовольствие ниже среднего.

— Девушка, вон место освободилось, садитесь, а то я вижу вам нехорошо как-то, — говорит тот же парень и показывает на здорового дядьку колхозного вида лет сорока, сползающего с кондукторского сиденья.

Колхозник протискивается мимо нас, цепляя каким-то баулом.

Явно не из Новосиба прилетел, вообще не прилетал, сто процентов местный. Блин, да осторожнее, дядя, ёпрст!

Пока я помогаю Наташке пробраться на сиденье, автобус останавливается.

— Подскажите, здесь железнодорожная станция? — тревожно спрашивает крепкая белокурая дама и начинает пробираться к дверям.

Она успевает вырваться наружу со своим чемоданом, и дверь сразу закрывается. Автобус ползёт дальше. Я стою рядом с Наташкой и любуюсь ею.

Она ловит мой взгляд и улыбается, а потом, не сразу, через какое-то время, минут через пять, опускает голову и… резко её поднимает.

— Егор!!! — чуть не в панике шепчет она.

Я слежу за её взглядом и вижу… твою ж дивизию… аккуратную прорезь на груди. Как раз там, где были деньги и документы.

Я резко разворачиваюсь. Дружелюбный словоохотливый парень по-прежнему стоит здесь и как ни в чём не бывало улыбается. Он, сука. Во-первых, кроме него некому, а, во-вторых, я по роже вижу, он.

Я отталкиваю мужика с чемоданом и протискиваюсь к парню.

— Сука, урою, — цежу я сквозь зубы.

— Ты чё, пацан, — делает он удивлённое лицо. — Укачало что ли?

— Сейчас я тебя укачаю, козлина, — хриплю я и начинаю его ощупывать.

— Дурак что ли? — в лицо мне смеётся он.

Сука, сто процентов это он, вот только куда…

— Остановите автобус! — кричу я со всей мочи. — Человеку плохо!!! Наталья, скорей сюда, мы выходим!

Он же скинул мой портмоне колхознику! Точно! Вот я лошара.