Крепкий орешек

Он знал, что мне не нравится, когда ко мне обращаются по фамилии и, вероятно, решил воспользоваться этим знанием, чтобы вызвать во мне хоть какие-то эмоции, вместо зеленой тоски на бледном лице.

Пятнадцать минут неумолимо быстро иссякли, поэтому собравшись с духом и натянув дежурную улыбочку, направилась в кабинет Молотова создавать видимость хорошего настроения.

- Вызывали? - вошла в кабинет и встала напротив рабочего стола Босса, приготовившись записывать в блокнот его многочисленные поручения, которые нет ни малейшего шанса запомнить, ибо он обычно очень быстро говорит, перескакивая при этом с темы на тему.

- Вызывал? - усмехнулся он моему вопросу. - Я хотел тебя видеть, Ника.

Сказав это, Молотов встал с кресла, которое когда-то было моим, и подошел опасно близко ко мне, тем самым нарушая моё личное пространство.

- Ника, расскажи мне, что случилось, - его цитрусовый аромат окружил своим теплом. На несколько секунд я забыла о личных переживаниях и просто наслаждалась этим запахом и созерцанием кожи, что было видно из-под расстегнутого ворота белоснежной рубашки.

Голос мужчины заставил меня вернуться в реальность, где его черные глаза звали утонуть в их омуте и поиграть с дерзкими чертятами.

- У меня всё отлично, Александр Павлович, - ответила я, стараясь выдержать его сканирующий взгляд, которым, казалось, он видит меня насквозь. - И помощь мне никакая не требуется.

- А мне кажется, что у тебя что-то случилось, - подошел он чуть ближе и забрал из рук блокнот с ручкой, которые я держала подобно щиту, разделяющему нас.

- Нет, не связано, - твердо произнесла я, вздернув подбородок. - Но будет лучше для нас обоих - не повторять то, что было на крыше. Лучше оставить всё как есть: вы начальник, я подчиненная. Ни больше, ни меньше.

- Уверена? - мощная аура его присутствия грозила сломить моё сопротивление.

Молотов держал руки в карманах брюк, но мне казалось, что еще немного и я почувствую его прикосновения на своей шее, скулах, губах.

Так, Орешкина! Стоп! Останови поток своей бурной фантазии! Он всего лишь мужчина! Всего лишь дюже обаятельный горячий самец, который, судя по всему, ко мне совершенно не равнодушен.

Когда всё успело стать таким сложным?

- Уверена, Александр Павлович, - твердо произнесла я, глядя ему прямо в глаза. Это не закончится ни чем хорошим. По крайней мере, для меня.