Крепкий орешек

Взгляд невольно опускается на его губы, что казались такими чувственными, но вместе с тем жесткими, придавая его лицу серьёзность.

- Если бы ты только знала, как сильно я хочу тебя сейчас поцеловать, - шепчут губы напротив.

Сердце пускается в хаотичный пляс, по телу бегут мурашки предвкушения. Стараясь держать ровное дыхание, облизываю пересохшие губы и нарушаю тишину:

- И что вам мешает это сделать?

- А то, что завтра я об этом, к сожалению, не вспомню.

Он закрывает глаза и соприкасается своим лбом с моим.

- Ммм, - слышу я довольный рокот в его груди. - Ты всегда так сладко пахнешь вишней."

"- Спасибо, - не нахожу я лучшего ответа, так как сама нахожусь под воздействием его древесно-цитрусового аромата. - Вы меня всё же решили придушить? - напоминаю ему о том, что он всё ещё крепко держит мою шею своими руками.

- Я тебя всегда хочу придушить, - усмехается он, но руки всё же убирает, но только для того, чтобы обнять меня и прижать к своей груди одной рукой, а вторую запустить в волосы.

- А потом вспоминаю как я скучно жил без тебя и откладываю удушение на следующий раз. Так, как иногда ты меня выбешиваешь, ещё никто не делал. Я чувствую, что ещё немного и стану седым.

- Да бросьте! Я пушистый одуван.

- Нет, - ехидно подмечает он. - Ты орешек. Мой маленький вредный орешек.

Ничего ему не ответила, так как была занята тем, что пыталась прогнать со своего лица глупую улыбочку.

Как подросток, ей-богу!

Наконец, створки лифта расходятся в стороны и мы выходим на площадку самого верхнего этажа новостройки.

Координация Молотова даёт сбой, так как помогать ему идти мне становится всё тяжелее -тепло в сочетании с алкоголем на него дурно влияет. Колоссальных трудов ему стоило открытие двери собственной квартиры. Включив свет в прихожей, он снял пальто, следом обувь. Посмотрел мне в глаза с такой теплотой и мальчишеской улыбкой, что невольно улыбнулась ему в ответ.

- Я сейчас, - тихо произнёс он и скрылся в одной из комнат квартиры.

Послышались какие-то шуршание, небольшая возня и наступила тишина, в которой я простояла около трёх минут, не зная, что дальше делать.

Наконец, не выдержав, решила напомнить о своём скромном присутствии:

- Александр Павлович, у вас всё в порядке?

Но ответом мне была тишина.

- Александр Павлович? - позвала его громче, но так ничего и не произошло.