– Великолепная память! Всё больше убеждаюсь, что спецназ ГРУ отличается умом, сообразительностью и памятью!
– Ну, нам далеко от спецназа ФСБ, – проворчал Мерадзе.
Максим, теряя только что родившуюся уверенность в феноменальной способности самолёта Крепости просачиваться в «замочные скважины», несмотря на габариты, снял с головы свои рога.
– Высаживаемся, – сказал он будничным тоном. – Не возвращаться же к кратеру? Дальше пойдём пешком, здесь недалеко.
Он первым выбрался из самолёта, опередив Точилина, который выскочил следом и подал руку Веронике.
– Осторожно, фройляйн!
Вероника под взглядом Максима прикусила губу и сошла сама, демонстративно не подавая руки.
Улыбнувшись в душе, Максим подошёл к стене.
– Ну и как мы туда пройдём? – спросил Плащинин.
Максим стукнул в стену кулаком.
– Сим-сим, откройся!
С тихим шелестом она раздвинула створки, открыв проход шириной в три метра. В это отверстие самолёт точно не смог бы пролететь, даже сложив крылья.
За дверью стоял человек в пятнистом комбинезоне с пиксельной цветомаскировкой и с карабином в руке.
– Софа! – обрадовался Редошкин, проходя вперёд и обнимая лейтенанта. – Ты что, с утра ждёшь нас здесь?
– Шутник, – осклабился Матевосян, разглядывая компанию, помахал рукой Мерадзе. – Привет, Мир. Кто это с вами?
– Все, кто остался, – оглянулся Редошкин.
– Знакомьтесь, товарищ генерал, – произнёс Максим. – Лейтенант Иосиф Матевосян, боец моей группы, знаменитый айтишник и хакер.
Матевосян перестал улыбаться, подтянулся.
– Скажешь тоже, командир… какой я знаменитый?
– Смог же ты расколоть комп Крепости? Это Вероника, Константин (Костя потряс сжатыми ладонями), наши учёные Егор Левонович и Иван Петрович, майор Илья Спицын, лейтенант Точилин, наш командир (Сергей Макарович кивнул) и генерал Плащинин Виктор Викторович.
К сожалению, это и в самом деле все, кто остался в Лесу, не считая лётчиков.
– Каких лётчиков?
– Мир тебе всё объяснит, веди нас. Дом перепутал тоннели (Редошкин смущённо почесал за ухом), и мы добирались к тебе на самолёте тем же путём, что и раньше.
– А я шахту открыл. Потом Сумасход увидел вас, и я вышел навстречу.
– Самолёт наш…
– Пепелац, – перебил Максима Костя.
– …в эту щель не пролезет, – закончил Максим, кивнув на проём двери, – так что оставим его здесь.
– Странно, что он вообще протиснулся в тоннель, – сказал Точилин.
– Вообще-то вся летающая техника Демонов – трансформная, даже «дирижабли» в ангаре.
– Откуда вам это известно?
– Сумасход сообщил. Мы с ним дружим.
