В сфере управления родились странные звуки: щелчки, гудение, свисты, отрывки каких-то мелодий, складывающиеся в некую аудиодорожку.
– Что это? – осведомился Плащинин, выждав несколько секунд.
– Это их музыка.
– Музыка? – удивился генерал. – Что-то не больно мелодично звучит.
– Возможно, это запись какого-то процесса, – сказал Новожилов неуверенно.
– А я всё-таки считаю, что это музыка, – возразил Егор Левонович.
– Выключите.
Карапетян повернулся к «огурцу».
Щелчки и свисты смолкли.
– Что ещё?
– Кажется, мы обнаружили команду, открывающую двери отсеков, можно проверить.
– А спорили по какому поводу?
– О принципе действия «эйфелевой башни».
– Плазменное возбуждение, – сказал Новожилов, – с помощью ионной накачки атмосферы.
– Если бы генератор стоял на Земле, я бы тоже склонялся к этой идее, – сказал Карапетян. – Но мы в другой бране с другим набором измерений. Генератор основан на использовании эффекта дробной мерности.
– Если мы возьмём формулу Перлмуттера – Шмидта – Рисса… – начал Новожилов.
– Ради бога, берите любую формулу, – остановил его Плащинин, – но это не имеет значения.
– Хотите посмотреть, как выглядит разряд? – спросил Карапетян.
– Каким образом?
– Садитесь рядом, подключайтесь.
Плащинин с сомнением посмотрел на Сергея Макаровича. Он уже имел опыт использования самолётной системы обзора, ничем не отличавшейся от системы управления Сумасходом, но почему-то чувствовал себя неуверенно.
– Давайте посмотрим, – сказал Савельев, усаживаясь рядом с Карапетяном.
Плащинин с колебанием последовал за ним, сев с другого бока от Новожилова.
– Мне тоже можно? – поинтересовался Точилин.
– Можно всем.
Спицын и лейтенант заняли свободные кресла, пристроили на головах рога управления.
Карапетян что-то проговорил, ни к кому особенно не обращаясь (на самом деле он вызывал компьютер), и перед глазами Сергея Макаровича сформировался пейзаж, знакомый и незнакомый одновременно: бесконечная, видимая с небольшой высоты равнина с невысокими холмами, заросшая островками молодого леса, по которой ползла армия машин, объединявших в себе черты земных носорогов и пауков.
Их размеры точно определить было невозможно, однако, судя по тому, как они подминали невысокие по меркам Большого Леса деревца, высота каждой химеры достигала не менее полутора десятков метров.
– Шагоходы из «Звёздных войн», – хмыкнул Точилин.
Действительно, машины чем-то напоминали гигантские «танки» из цикла «Звёздных войн», хотя были манёвреннее и страшнее.
